УвеличитьНам приходилось уже затрагивать всепроникающее влияние дзэна в дальневосточные боевые искусства. Не случайно их стали именовать «дзэнскими видами борьбы». Ключевая роль дзэна сказалась прежде всего в области психологической подготовки и методов психорегуляции. В японском дзэне нашли своеобразное преломление и обобщение также принципы китайского даосизма и буддизма чань. Поэтому речь, по существу, идет о традиции дальневосточного региона в целом. На примере японских будзюцу мы видим, что достигаемый на вершинах мастерства сплав дзэна и боевого искусства обусловливал даже их отождествление в традиционном восточном сознании (вспомним известное высказывание, что «каратэ — это дзэн, а дзэн — это каратэ»). Одним из результатов этого взаимодействия и явилась уникальная культура психической деятельности, система психотехники и психорегуляции. Именно она в значительной мере определяет специфику традиции боевых искусств, превратившихся в особый путь совершенствования человека.

Для уяснения специфики дальневосточных методов психорегуляции, равно как и некоторых общих основ профессиональной воинской деятельности, нужны сравнения. В разные времена у разных народов военная профессия диктовала особые требования к психологической подготовке. Их суть состоит в таком преодолении страха смерти, которое позволяло бы воину действовать с максимальной эффективностью. Давным-давно люди научились естественный биологический страх смерти вытеснять сильными социальными, нравственными чувствами. Среди них чувство долга, чести, любви к родине.  Вспомним  подвиг горстки спартанцев, героически защищавших от персидских полчищ вход в Фермопильское ущелье, или чудеса стойкости духа защитников нашего Отечества, которые без колебания отдавали жизнь «за'веру, царя и отечество», «за Родину, за Сталина» и т. д. За подобными примерами лежат определенные методы психорегуляции и психотехнические приемы, их механизмы приводятся в действие самыми разными пружинами. В одних случаях страх смерти преодолевается за счет волевого сверхусилия во имя личной славы и жажды подвига (идеалы европейских рыцарей), в других — во имя высшего патриотического долга (массовый героизм русских воинов в Куликовской битве,  в  Бородинском  сражении,  советских солдат в годы Великой Отечественной войны). Огромное значение имела вера в лучшую (загробную или будущую)   жизнь.  Она  приобретала  своеобразную окраску у языческих народов (скандинавских викингов, древних германцев, славян), у христиан, мусульман.   Героев  нашей  гражданской  войны  особенно воодушевляла   вера   в   светлое   коммунистическое завтра и т. п. Вообще непоколебимая вера в духовные идеалы помогала людям всходить на костры инквизиции, проходить через ад концентрационных лагерей, демонстрировать чудеса воинской доблести. В некоторых случаях страх смерти могло заслонить отчаяние смертников. Древние китайцы сражались особенно яростно, оказавшись в «местности смерти» (термин из знаменитого трактата о военном искусстве «Сунь цзы»), из которой уже не было выхода. Его оборотной стороной порой оказывалось страстное жизнелюбие (в мирной жизни это чувство прекрасно передано в рассказе Джека Лондона «Любовь к жизни»).

 


 

Разумеется, на действие тех или иных механизмов психорегуляции существенное влияние оказывали культурные и национальные факторы. Своеобразные психотехнические приемы, позволяющие в том числе преодолевать страх смерти, укоренились на русской почве. Отлитые в формулы «авось», «была не была», «двум смертям не бывать — одной не миновать», они отражают широко распространенные в народе установки сознания. Показательно, что русские витязи и былинные богатыри, воплощающие национальные идеалы, безбоязненно идут навстречу смерти. Они выбирают дорогу, где «убиту быть», и всегда выходят победителями.

Известны и другие способы вытеснения страха смерти, являющиеся как плодами высокого разума, так и самых низменных, корыстных инстинктов. Существует, например, чисто интеллектуальный (философский) способ решения проблемы, который выражен в афоризме: «Если мы есть — смерти нет, если смерть есть — нас нет». Однако во множестве случаев страх смерти преодолевается неуемной жаждой наживы. Вспомним хотя бы расхитителей египетских гробниц, ставших вечными пленниками лабиринтов, или особую категорию солдат-наемников, готовых служить тому, кто больше платит. Ко множеству других пружин, приводящих в действие механизмы психорегуляции, можно добавить и те, которые не ограничиваются использованием внутренних ресурсов психики, а связаны с применением разного рода искусственных препаратов, галлюциногенов и допингов. Предполагают, что неистовые скандинавские берксер-ки употребляли для поднятия духа настойку из мухоморов. У нас хорошо известны ритуальные «сто грамм для храбрости» и т. п.

Естественно, что в реальной практике на первый план могут выходить те или иные факторы психорегуляции, хотя многие из них совмещаются. Важно другое. В основе названных и им подобных психорегулятивных установок сознания, методов, средств, приемов лежит преобладание интеллектуальной, личностно и эмоционально окрашенной деятельности сознания. Она выстраивает «стратегию» психорегуляции либо на непреодолимой воле к жизни (которая оказывается выше чисто биологического инстинкта самосохранения), либо на презрении к смерти. Однако одна лишь интеллектуальная пружина еще не дает безусловной гарантии сохранения столь необходимого для воина психологического равновесия. Более того, экстремальная природа боевых действий требует от воина мгновенных бессознательных реакций, сметающих барьеры интеллектуальной рефлексии. Поэтому какими бы прочными не были установки сознания, они должны получать не менее прочное подкрепление в таких механизмах «бессознательного» спонтанного поведения, которые бы обеспечивали максимальную эффективность боевых действий. Именно эта сторона психорегуляции в дальневосточных боевых искусствах и была освоена дзэном.

 


 

Отличительной чертой дзэнской психорегуляции как раз стала та «психотехника бессознательного», которая, всецело отвечая коренным установкам дзэна, легла в основу всей системы психорегуляции в боевых искусствах Востока. Органичность сплава дзэна с боевыми искусствами на базе восточной традиции имела естественные предпосылки. Сам тип поведения в дзэне, включая практику сосредоточения (медитацию), был ориентирован на спонтанные, интуитивные, неожиданные и непредсказуемые способы достижения состояния озарения (сатори). (В этом, в частности, состояло принципиальное отличие от йоговских методов, где весь путь к высшему состоянию сознания (самадхи) был интеллектуально просчитан.) Вот эта-то непредсказуемость дзэнского «прорыва» в искомое состояние сознания, являвшееся источником эффективности в любых действиях, как нельзя лучше отвечала экстремальной, непредвиденной природе самого процесса борьбы. В результате дзэнская психотехника, превратилась на базе боевых искусств в технику активной медитации. Она основывалась уже не на личностно-интеллектуальных механизмах сознания, а как бы на внеличностных и потому универсальных принципах и всеобщих природных законах.

Для человека, преодолевшего дуализм личности и ощутившего связь с единым природным универсумом, личностное благополучие и душевное равновесие возвышаются до понимания «природной гармонии и справедливости», а его действия происходят как бы «по ту сторону добра и зла», жизни и смерти. Для «пустого» сознания, обретение которого является целью всей системы психорегуляции в боевых искусствах, смерть как категория личностного восприятия вообще отсутствует. Тем самым вообще отпадает необходимость преодолевать страх смерти — в спонтанном, «бессознательном» поведении воина в конкретной боевой ситуации ему попросту нет места. В таком состоянии воин ничего не ждет и готов ко всему, в каждый момент происходящего он не связан с прошлым, не зависит от будущего и живет только настоящим, воспринимая и наполняя его всем своим существом. Именно это и становится как бы высшей гарантией эффективности как самой психорегуляции воина, так и всех его действий на данной основе.

Охарактеризованные традиционные для восточного сознания установки на «психотехнику бессознательного», получившие ясное воплощение в «дзэнских видах борьбы», являются фактом истории и входят в культурное наследие дальневосточного региона. Как таковые они постоянно были предметом рационального осмысления, в котором переплавлялся опыт выдающихся учителей дзэна и мастеров боевых искусств. Результаты соответствующей практики и ее осознания находят свое многостороннее проявление на всех без исключения уровнях традиционной боевой подготовки, во всех без исключения методах и формах традиционного обучения. В известном смысле они и превращаются во всеохватную (но невычленимую из традиции в целом) систему психорегуляции дальневосточных боевых искусств. (Этот вопрос уже затрагивался в связи с «внутренним» содержанием гимнастических и общих физических упражнений.) Однако в «дзэнских видах борьбы» есть также относительно автономная область «прикладной психотехники». Она имеет отношение к тому, что в спорте используется как аутотренинг и в адаптированном виде может найти практическое применение даже за пределами спортивных единоборств и вообще за пределами спорта.

 


 

Сердцевиной этой области «прикладной психотехники» являются классические формы медитации, которые выполняются сидя (дзадзэн) и во время ходьбы (кинхин). В восточных видах спортивных единоборств и сегодня классической медитации уделяется большое внимание. Дзадзэн обычно практикуется по 2 минуты в начале и в конце тренировки. Правильная поза, дыхание и техника сосредоточения помогают спортсменам в одном случае освободить сознание и подготовить его к интенсивной «бессознательной» работе на тренировке, а в другом — компенсировать большие психические и энергетические затраты. Медитация используется и как дополнительное средство для закрепления (уже вне зала) специальных навыков психорегуляции. В свое время выдающийся мастер современного каратэ М. Ояма провел характерный эксперимент. Одного из двух одаренных учеников он готовил главным образом физически и технически. Другому давал меньше нагрузки, но рекомендовал ежедневно дважды по полчаса выполнять дзадзэн: после пробуждения и перед вечерней тренировкой. Через полгода оба ученика сдали экзамен на черный пояс. Первый стал мускулистым, прибавил в весе около 5 килограммов. Второй казался сухощавым и жилистым, но в единоборстве с соперником одержал убедительную победу.

Медитация и за пределами боевых искусств или спорта сохраняет значение как существенный психорегулятивный и психогигиенический фактор. Многочисленные исследования врачей различных специальностей позволили выявить ряд положительных влияний медитативных систем на организм людей. К этим положительным влияниям относятся: нормализация нервных процессов, повышение жизненного тонуса, формирование воли, повышение интеллектуальных способностей, изменение некоторых черт темперамента, повышение работоспособности, резкое снижение конфликтности при взаимодействиях, избавление от многих хронических недугов и предотвращение возникновения острых заболеваний. Это необходимо иметь в виду, приступая к практическому освоению медитативной техники независимо от конкретных целей такого рода занятий.

Наиболее распространенной формой медитации является сидячая медитация. Занимающийся садится на небольшую подушку или подстилку, скрещивает ноги по-турецки, подкладывает под колени две другие подушки или свернутое одеяло, что позволяет длительно находиться в одном положении, не нарушая при этом кровообращение в теле. Руки либо свободно лежат на коленях так, что пальцы рук слегка соприкасаются, либо кисти рук соединяются и располагаются несколько ниже пупка в точке, которую китайцы именуют Дань-тянь, или «брюшной центр дыхания». Взгляд человека направлен на какой-то объект, расположенный в «бесконечности», либо направлен на кончик носа, но так, что зрительные мышцы не напрягаются и «двоения в глазах» не происходит, веки полуприкрыты. Далее происходит концентрация внимания на дыхании. (Ранее приведенные общие дыхательные упражнения полностью подходят для этого. Чаще всего используется нижнее дыхание и дыхание с задержкой.)

 


 

Для того чтобы сосредоточиться, старые мастера и наставники рекомендовали считать вдохи и выдохи. Затем только выдохи, а позднее, по мере освоения методики, считать только вдохи. При этом во всех случаях счет ведется до 10 и начинается снова. Все это помогает сосредоточиться, отвлечься от посторонних мыслей.

Места проведения сидячей медитации выбирались в зависимости от установок школы. В одних школах требовалось проводить занятия только в тихом, затемненном месте, в присутствии только «посвященных» членов школы; в других школах занятия специально проводились в шумных многолюдных местах для выработки навыка сосредоточения в любой ситуации. В некоторых школах вообще не придавали этому особого значения и считали, что главное — это правильность выполнения упражнений, а не окружающая обстановка. Но в чем все школы были едины, так это в тщательности выполнения дыхательных упражнений. Без этого добиться устойчивого эффекта практически невозможно. Напомним, что дыхание должно быть «тонким и приятным, легким и незаметным»...

Подобные тренировки способствовали и способствуют формированию целостного характера человека, когда сознание и подсознание сливаются воедино, предотвращая «раздвоение личности».

Часто применяют другие формы медитации, связанные с движением, например, при ходьбе по замкнутому кругу (японское — кинхин). При этом руки держат сложенными у груди, а передвижение производится ритуальным шагом, когда ноги поочередно медленно передвигаются на полступни вперед. Каждый шаг соответствует вдоху и выдоху. Такая форма медитации способствует снятию напряжения, возникающему при длительном сидении, дает разрядку самососредоточению, что делает сеансы медитации более эффективными.

В Китае разработана система Цигун, включающая статические, динамические и смешанные упражнения. И сложно однозначно определить, к чему относятся комплексы данной системы — к оздоровительным упражнениям, укрепляющим духовные и физические силы, или к технике боевых искусств, ибо они применимы в обеих областях. Недаром лечебная гимнастика Хуа То легла в основу боевых стилей, а Бодхидхарма (Да Мо) — легендарный патриарх секты Чань и основатель   шаолинского   кэмпо — считается   автором медицинского трактата «Об изменениях в сухожилиях», послужившего основой для развития специальной системы активной медитации, называемой «Алмазный Цигун».

 


 

В основе этой системы лежала теория об энергетическом балансе человека, о равновесии активного (Ян) и пассивного (Инь) начал в природе человека. Но Бодхидхарма, возможно, одним из первых создателей специальных систем физического и духовного совершенствования обосновал необходимость напряжения и расслабления определенных групп мышц при выполнении комплексов упражнений без отягощений. Он подвел под это теоретическую основу, доказав, что и без специальных отягощений можно достаточно разносторонне развить свое тело, укрепить жизненную энергию, «уравновесить дыхание и отпустить свою мысль». Говоря современным языком, система Да Мо включала упражнения изометрического и пластического характера, в высшей фазе освоения переходящие в скоростно-динамические. Но стержнем системы стала «психологическая наполненность» упражнений, то есть полное духовное и психическое участие человека в выполняемых им упражнениях.

В этой связи можно привести выдержки двух известных мастеров у-шу, живших в XIX веке. Мастер Ван Сячжая сформулировал свою мысль о единстве физической и духовной основ в человеке так: «Если стремишься с помощью физических упражнений постичь духовное, то существуют формы духовного. Духовное само по себе является формой жизни, а внешняя форма меняется за духовным. Только физические упражнения в сочетании с психическими могут принести нужный эффект, в этом случае говорят «Сила рождается, Ци (Чи) действует». Другой старый мастер у-шу, Дэн Чжушань, следующим образом характеризует медицинский эффект специальных упражнений Цигун: «У человека одно тело, при правильной циркуляции Ци (Чи) в крови не будет проявляться сотня болезней. Порочное проникает внутрь извне, тогда и возникает болезнь. У меня же есть система... старый и малый, женщина и даже ребенок, все, кто овладеет этой системой, смогут противостоять сотням болезней». Подтверждение вышесказанному мы находим в старой китайской поговорке: «Такое учение способно повернуть телегу, тогда овладевшему учением человеку не понадобятся целые горшки лекарств».

Подытоживая сказанное о медитации как области «прикладной психотехники» в дальневосточных боевых искусствах и за их пределами, следует иметь в виду, что это и техника вхождения (погружения) в определенное состояние сознания, и техника пребывания в нем во время выполнения какой-либо деятельности.

Для практического освоения этой техники можно рекомендовать для начала несколько простых упражнений.

 


 

Упражнение 1. Сидячая медитация Вариант А. См. описание в тексте статьи. Вариант Б.— И. П.— сесть на краешек стула, спина не касается спинки стула, спина выпрямлена, плечи несколько опущены, голова чуть склонена вперед, руки свободно лежат на коленях, глаза закрыты. Дыхание нижнее, ритм дыхания спокойный. Частота дыхания 4—12 вдохов—выдохов в минуту в зависимости от уровня тренированности, возраста, конституции.

Упражнение 2. Стоячая свая И. П.— ноги на ширине плеч или чуть шире, ступни расположены параллельно друг другу. Колени полусогнуты, спина выпрямлена, шея выпрямлена, глаза закрыты, руки на уровне плеч, пальцы кистей соприкасаются, как бы обхватывая колонну или ствол дерева.

Упражнение 3. Равновесие И. П.— опора на полусогнутую правую ногу, левая нога согнута в колене, и ее голень лежит на правом колене, спина и шея прямые, взгляд вперед, руки округло опущены (так называемое положение «стекающей воды»). Дыхание нижнее. Затем то же, но на левой ноге.

Упражнение 4. Аутогенная тренировка Расположившись в удобной позе (лежа или сидя), уравновесив дыхание, в едином с ним ритме проговариваете формулы аутогенных комплексов. Каждая фраза проговаривается по 3—5 раз, затем переходят к следующей. Во время одного сеанса (для начинающих) не рекомендуется использовать более 3—4 фраз. Постепенно количество их можно увеличить. Примерные фразы для занятий:

— Я спокоен, все тело приятно расслаблено.

— Мышцы расслаблены, дыхание свободное, спокойное, ритмичное.

— Дыхание приятное, оно постепенно расслабляет все тело.

— Сердце бьется спокойно, ритмична.

— Кровь поступает ко всем органам.

— Дыхание помогает сердцу направлять кровь ко всем органам.

— Руки постепенно тяжелеют, я ощущаю тепло своих ног.

— Руки и ноги постепенно тяжелеют, я ощущаю тепло, распространяющееся по телу.

— Тепло распространяется вместе с дыханием.

 


 

Это примерный набор формул, которые вы можете со временем дополнить своими вариантами, но только тогда, когда достаточно свободно овладеете методом.

Упражнения выполняются по необходимости, но желательно ежедневно делать по одному упражнению в каждый сеанс. Можно совмещать различные упражнения, а можно остановиться на одном-двух наиболее приемлемых, оказывающих наилучший эффект.

Время выполнения упражнений от 3—5 до 30—40 минут. Упражнения лучше выполнять на улице либо в хорошо проветренном помещении. Очень важно следить за дыханием. Если сосредоточение дается плохо, начните с других, более динамичных упражнений, а затем приступайте к статическим упражнениям, постепенно увеличивая их время. В качестве подготовительных можно использовать упражнения из предыдущих комплексов статических, динамических и общих физических упражнений.

По мере приобретения навыков в выполнении простых медитативных упражнений будет заложена основа для выполнения более сложных комплексов. Одним из них является упоминавшийся «Алмазный Цигун». Бодхидхарма рекомендовал своим ученикам и последователям выполнять подобные упражнения утром и вечером, повторяя свой собственный комплекс троекратно. Это помогало предотвратить многие заболевания, связанные с малоподвижным образом жизни, характерным для буддийских монахов того времени, и сохраняет значение для большинства наших современников. До сих пор подобные упражнения составляются, в комплексе активной медитации, применяемой в профессиональном спорте и медицине. Те из читателей, которые не испытывают недугов, могут предупредить их возникновение, регулярно занимаясь комплексами Бодхидхармы. А приверженцы профессиональной спортивной деятельности и постоянно занимающиеся любители могут найти в этих упражнениях рациональные зерна для развития психологической устойчивости и систем восстановления после значительных физических и эмоциональных нагрузок.

Как и любые комплексы восточной гимнастики, система упражнений Бодхидхармы основана на четкой синхронизации дыхания и движения, и, конечно, правильному дыханию уделяется огромное внимание. Во всех упражнениях используется нижнее дыхание с концентрацией внимания на точке Дань-тянь, расположенной на переднесрединном меридиане, примерно на 2 см ниже пупка.

 


Упражнение 1. И. П.— стоя, ноги на обычной ширине, руки опущены вдоль тела, спина выпрямлена. Вертикальная ось проходит через точку Байхуэй («Стократный сборщик», или «Точка императоров») (см. рис. 27). Это положение соответствует наиболее физиологическому положению тела. Язык прижат к сомкнутым зубам. Вдох — через нос, руки несколько сгибаются в локтях до тех пор, пока ладони не будут параллельны полу. Выдох — через нос, свободный. Во время выдоха напрягаете все мышцы рук и плечевого пояса, как бы опираясь о воображаемый стол, постепенно, после того, как напряглись мышцы верхних конечностей, последовательно напрягаете мышцы ног, как бы готовясь подпрыгнуть. Окончание выдоха совпадает с прекращением напряжения мышц (рис. 28).

Упражнение 2. И. П.— то же, что и в предыдущем упражнении, только ноги расположены несколько ближе друг к другу.

Кисти рук сжаты в кулак, оставляя вытянутым большой палец. Кулаки расположены на передней поверхности бедер так, чтобы большие пальцы были параллельны вертикальной линии. Вдох — через нос, дыхание нижнее с задержкой, во время вдоха большие пальцы поднимаются с напряжением, как бы преодолевая внешнее напряжение (сопротивление). Далее следует пауза, во время которой сохраняется мышечное напряжение. Выдох — через нос, большие пальцы медленно опускаются вниз и вместе с этим ослабевает мышечный тонус (рис. 29).

Упражнение 3. И. П.— см. упр. 1. Вдох — через нос, дыхание нижнее, во время вдоха с усилием сжать кулаки так, чтобы четыре пальца сомкнулись вокруг большого пальца, и при этом попытайтесь расслабить мышцы плечевого пояса. Выдох — свободный через нос, кулаки медленно разжимаются и расслабляются, а мышцы плечевого пояса напрягаются (рис. 30).

Упражнение 4. И. П.— стоя, ноги вместе, ступни параллельны друг другу, спина выпрямлена, язык прижат к сомкнутым зубам, кулаки сомкнуты так, что четыре пальца смыкаются вокруг большого. Вдох — свободный через нос, дыхание нижнее, на вдохе медленно с напряжением поднимаем руки, пока они не будут параллельны полу. Выдох — свободный через нос, на выдохе увеличиваем усилие во фронтальном направлении, как бы упираясь кулаками в стену. Окончание выдоха совпадает с окончанием мышечного напряжения и опусканием расслабленных рук вниз (рис. 31).

 


 

Упражнение 5. И. П.— стоя, ноги вместе, ступни параллельны друг другу, спина выпрямлена, язык прижат к сомкнутым зубам, руки свободно свисают вдоль тела, кисти расслаблены. Вдох — свободный через нос, дыхание нижнее с задержкой, медленно поднимаем руки через стороны вверх, оставляя локти чуть согнутыми, одно-иременно с этим медленно поднимаемся на носки. В конце вдоха ладони параллельны вертикали. Пауза — медленно с напряжением сжимаем кулаки. Выдох — медленно опускаемся на всю ступню, одновременно медленно опуская через стороны расслабленные руки (рис. 32).

Упражнение 6. И. П.— см. упр. 1. Вдох — свободный через нос, дыхание нижнее с задержкой, медленно поднимаем руки до горизонтального уровня, сжимая обычно кулаки. Пауза — постепенно увеличиваем мышечное напряжение в стороны, как бы раздвигая кулаками две стены. Выдох — свободный через нос, кулаки разжимаются, руки расслабляются и опускаются вниз (рис. 33).

Упражнение 7.

И. П.— см. упр. 1, только ступни расположены вместе. Вдох — свободный через нос, дыхание нижнее, руки через стороны медленно поднимаются вверх, пока не будут параллельны полу, кулаки сжаты обычным образом, одновременно поднимаемся на носки. Выдох — свободный через нос, попеременно опускаемся то на одну, то на другую пятку, разжимая при этом кулаки.

Это упражнение выполняется в ритме дыхания, попеременно опускаясь то на левую, то на правую пятку, с силой сжимая кулаки в конце вдоха и разжимая их на выдохе (рис. 34).

Упражнение 8.

И. П.— см. упр. 7. Вдох — свободный через нос, дыхание нижнее, сжимаем кулаки так, чтобы четыре пальца обхватывали большой палец, руки поднимаются прямо перед собой на уровень плеч, так чтобы ладони «смотрели» друг на друга. Одновременно с подъемом рук поднимайтесь на носки. Выдох — свободный через нос, во время выдоха крепко сжимаем кулаки и напрягаем мышцы рук, как бы сжимая воображаемый предмет между руками. По мере выдоха медленно опускаемся на всю ступню. В конце выдоха мышцы полностью расслабляются и руки свободно опускаются вдоль тела (рис. 35).

 


 

Упражнение 9. И. П.— см. упр. 7. Вдох — свободный, через нос, дыхание нижнее с задержкой, кулаки сжимаются так, что четыре пальца обхватывают большой палец. Медленно сгибая локти, поднимаем руки перед собой до уровня живота (до уровня точки Дань-тянь (рис. 36). Задержка — руки с напряжением поднимаются до уровня лица, при этом кулаки разворачиваются ладонными сторонами к лицу. Выдох — свободный через нос, руки медленно опускаются вниз, мышцы постепенно расслабляются (рис. 37).

Упражнение 10. И. П.— см. упр. 7. Кулаки сжимаются так же, как в предыдущем упражнении, но без напряжения. Вдох — свободный через нос, дыхание нижнее, руки поднимаются перед собой на высоту плеч (рис. 38), затем кулаки приводятся к околоушным областям так, чтобы предплечья были расположены вертикально; кулаки расположены ладонными поверхностями вперед. Выдох — свободный через нос, напрягаем руки, разводим с усилием локти, сводим лопатки, представляя, что кулаками удерживаем достаточный вес. Постепенно, по мере выдоха, мышцы расслабляются и руки опускаются вниз (рис. 39).

Упражнение 11. И. П.— см. упр. 10, кулаки сжаты обычным образом. Вдох — свободный через нос, дыхаш ; нижнее, руки поднимаются к пупку, сгибая локти, ладони обращены вниз. Выдох — свободный медленный через нос, кулаки крепко сжимаются, выпрямляя большие пальцы и «сжимая» воображаемый предмет между кулаками. Постепенно, по мере выдоха, мышцы расслабляются и руки свободно опускаются вниз, кулаки разжимаются (рис. 40).

Упражнение 12. И. П. и сосредоточение — то же. Руки свободно свисают вдоль тела, ладони кистей обращены наружу, а тыльная сторона ладоней прижата к боковой поверхности бедер. Вдох — свободный через нос, дыхание нижнее с задержкой, руки медленно поднимаются вверх до уровня плеч, большие пальцы рук направлены наружу, ладони обращены вверх. Одновременно поднимаемся на носки. Пауза — зафиксировать конечное положение, мышцы всего тела напряжены, язык прижат к верхнему небу. Выдох — медленно опускать руки вниз и опускаться на всю ступню (рис. 41).

 


 

Количество повторений упражнений может колебаться в зависимости от общего состояния занимающегося, его возраста, целей, которые стоят перед занимающимся, наконец, просто от свободного времени. В среднем может быть от 10 до 50 повторений каждого упражнения. Частота дыхания при этом колеблется в пределах от 4 до 12 дыхательных движений в одну минуту и зависит прежде всего от анатомо-физиологических особенностей занимающихся.

В требовании полного участия («присутствия») человека в том, что он делает, в следовании принципу единства физического и психического может быть найден ключ к ониманию природы активной медитации не только в дальневосточных боевых искусствах, но также в спорте и любых повседневных занятиях, связанных с движением. А это, в свою очередь, позволяет более широко осмыслить те механизмы психорегуляции, которые столь осознанно и эффективно использовались мастерами, достигшими совершенства, в традиционной дальневосточной культуре.

В то же время не следует забывать, что для человека, вступающего на путь боевого искусства, идеал единства физического и психического, гармонии тела, техники и духа (сознания в самом широком смысле) освещал долгий и трудный путь поиска истины. Эмоционально-образное осмысление этой традиционной для восточной культуры проблемы содержится в старых легендах и наставлениях знаменитых мастеров. Предлагаем поэтому читателю стать участниками беседы с одним из известных наставников «дзэнских видов борьбы» Тайсэном Дэсимари.

... Мастер Дэсимари немного помолчал, в уголках его умных глаз появились лучики доброй улыбки, и он, как бы продолжая давно начатый разговор, поведал:

— Существует три важные вещи: син, вадза и тан — дух (сознание), техника и тело. Вы, конечно, хотите сразу спросить, что же самое главное?

В боевом искусстве, как и в игре в Го, хорошее знание техники оказывается очень нужным. И, естественно, если у молодого человека тело служит основным элементом, то у человека среднего возраста превалирует техника и сознание. Фактически сознание самое главное. Затем идут техника и тело.

Во многих видах спорта, особенно на Западе, сила должна быть очень развита. Совсем другое дело в боевом искусстве: в дзюдо, например, тело должно быть хорошо подготовлено, но это стоит на втором месте по сравнению с техникой и сознанием-интуицией, необходимым для хорошего его применения.


При борьбе человека, имеющего сильную технику, с человеком, обладающим сильным телом, побеждает сильная техника. Если же сражаются сильная техника с сильным духом, побеждает дух, потому что он сумеет найти уязвимое место.

Тренировка не должна быть направлена на развитие одного лишь тела. Очевидно, что в современных соревнованиях, где борьба идет не за жизнь или смерть, а для того, чтобы набрать больше очков в ходе соревнования, достаточны сила тела и техника.

В старые времена, когда дело касалось жизни, все было по-другому: интуиция решала все — была последним средством к спасению. И сегодня нужно, чтобы это положение вернулось, чтобы каждая схватка проходила так, как если бы от этого зависела жизнь, даже когда сражаются деревянными мечами. Только тогда боевое искусство вновь обретет свое настоящее место. Иначе это только игра-Сила тел, техника и сила духа в действительности более или менее равны, но дух решает исход боя.

Я вам уже рассказывал историю самурая, который пришел к легендарному учителю Мусаси с просьбой научить его настоящему Пути меча. Учитель согласился. Став его учеником, самурай по приказанию учителя рубил лес, носил бревна, ходил за водой на дальний источник. И так день за днем, месяц за месяцем, год... три года. Сегодня любой ученик убежал бы через несколько дней, а может, даже часов. Но самурай не бросил этой работы, и на самом деле таким образом тренировал свое тело. По истечении трех лет он не выдержал и спросил учителя: «Какую тренировку вы мне все-таки дали этим? Я не прикасался к мечу с тех пор, как пришел к вам. Я провожу все время за рубкой дров и за тасканием воды. Когда же вы будете учить меня?»— «Хорошо,— ответил Мусаси,— я готов научить вас технике, раз вы этого хотите». Он ввел ученика в додзё и велел ему каждый день с утра до вечера ходить по краю татами шаг за шагом, не ошибаясь, обходить всю комнату.

В кэндо нужно уметь правильно ходить: ставить ногу по прямой линии с другой ногой, затем скользить. И наставник таким образом учил самурая концентрировать внимание на ходьбе, сосредоточиваться на одном действии, делать его совершенно, так как детали техники, приемы, выпады второстепенны по сравнению с сосредоточенностью. Если достигнута сосредоточенность, то достаточно одного-единственного движения.

 


 

Итак, ученик ходил таким образом целый год по краю татами. По истечении года он сказал учителю: «Я самурай, я много занимался фехтованием и встречал других учителей кэндо. Но никто не учил меня так, как это делаете вы. Научите меня, пожалуйста, все-таки настоящему Пути меча».—«Хорошо,— сказал учитель,— следуйте за мной». Он привел ученика далеко в горы, туда, где страшную пропасть пересекала только деревянная балка. Самурай-ученик не понимал уже больше ничего, оказавшись перед бездной, он колебался, не зная, что ему делать.

Вдруг он услышал за собой стук палки слепого.

Слепой, не замечая их, прошел мимо и пересек без колебаний пропасть, ощупывая балку своей палкой. «А!— подумал самурай,— я начинаю понимать. Если слепой так прошел над пропастью, то я тем более должен это сделать». И учитель сказал ему в эту минуту: «В течение года ты ходил по краю татами, который более узок, чем этот ствол, поэтому ты должен пройти». Самурай понял все и перешел «мост».

Вот такая тренировка была полной: тренировка тела в течение трех лет, тренировка в сосредоточении на технике в течение года и тренировка духа перед лицом смерти...

— Но почему дух самое главное?

— Потому что в конечном счете он решает. В воинском искусстве в старину один только жест нес смерть. Вот откуда сосредоточение внимания на движениях перед атакой. Один удар — и смерть, иногда два точных удара. Все решается в доли секунды. В этот момент сознание решает все, затем техника и тело.

Во всех современных видах спорта существует время ожидания. В воинском искусстве нет такого, малейшее выжидание — и все потеряно, противник этим воспользуется. Сознание должно быть все время сосредоточено на ситуации, готово к действию или реакции. Вот откуда его первостепенная важность.

 


 

— Как выбрать технику атаки?

— Вопроса о выборе не существует. Это должно проходить бессознательно, автоматически, естественно. Рассудок не должен вмешиваться — отсюда возникает момент выжидания и слабое место. Постоянное готовое сознание — главное, чтобы произвести точное движение, сознание выбирает точный момент, и вступает техника и тело.

Например, в кэндо есть удар, называемый «дэбанавадза», речь идет о том, чтобы начать атаку раньше противника, ударить раньше, чем он. В технике «дэбана»— интуиция на самом деле главное.

Если соперник наносит вам неожиданный удар, вы должны интуитивно почувствовать, как отразить удар. Сознание приводит в действие реакцию тела и соответствующую технику. Но если вы будете думать: «Я должен применить ту или иную технику», в этот момент вы будете поражены ударом.

Интуиция руководит телом и техникой. Тело и сознание сливаются, и полностью это реализуется в реакции.

Вот почему очень трудно установить значение или иерархию ума, техники и тела. Они должны быть едины. Из их великолепного единства рождается точное действие...

— Что важнее: дыхание противника или собственное дыхание?

— Очень важен момент вдоха вашего противника. Вы же должны выдыхать во время своей атаки. Удар, полученный на вдохе, может быть намного опаснее, чем удар, полученный на выдохе. Нужно уловить удобный момент в то время, когда ваш противник вдыхает. Именно тогда он представляет собой слабое место.

 


 

— Почему?

— На вдохе всегда удобный случай, так как тело становится легче, менее сосредоточено. Момент вдоха — удобный случай, который сознание, а точнее интуиция, должна уметь уловить. Атаковать на вдохе противника, когда он представляет слабую сторону, дефект в защите, в своем положении — это очень большой секрет и очень большое искусство.

Вдох представляет собой удобный случай также из-за избытка напряжения, ведь во время турнира нельзя поддерживать внимание на одном интенсивном уровне. В какой-то момент наше внимание ослабевает, и мы представляем тогда «уязвимое место», удобный случай, который противник должен уметь почувствовать. То, о чем сказано, относится не только к соревнованиям, сражениям и боевому искусству, то же — в спорах и повседневных делах...

Вы не должны показывать ваши слабые места ни в боевом искусстве, ни в повседневной жизни. Жизнь — это борьба! Нужно оставаться собранным, не раскрывать своих недостатков и стараться избавляться от них упорной тренировкой в самообладании. Все восточное традиционное воспитание основано на этой бдительности: не показывать свои слабые стороны, чтобы другие не воспользовались этим.

Спортивные соревнования учат раскрыть слабую сторону противника. Этого добиваются вниманием, волей, собранностью. А когда выявится слабое место, надо уметь воспользоваться этим. При этом на современных соревнованиях, как и в повседневной «борьбе за жизнь», наблюдение за глазами противника является очень важным компонентом. Когда глаза противника бегают, колеблются, сомневаются, слабеют — это «слабое место», удобный случай для атаки. В любые критические моменты нашей жизни не нужно показывать наши слабые места, иначе — ошибка и неминуемое поражение...

Эта бдительность идет не от постоянного напряжения тела, которое быстро утомится, а от готовности сознания. Вот откуда еще одно значение сознания. Тело показывает слабые места, а сознание может исправлять все это.

 


 

 

В Киото я видел двух мастеров кэндо в возрасте 80 лет, которые встретились в поединке: в течение пяти минут они противостояли друг другу с мечами в руках, зрачки в зрачки, не двигаясь, совсем не двигаясь. По истечение пяти минут арбитр провозгласил ничью.

Да, когда двигаются, всегда показывают слабые места. Там, где молодые бросились бы отважно в атаку, там, где более зрелые мужчины ввели бы все свое знание техники, два старых мастера боевого искусства довольствовались поединком сознания — через глаза и с помощью глаз. Если бы один из них пошевелился, то поколебалось бы и его сознание, и он раскрыл бы свое слабое место. Первый, кто ослабел, тот «погиб», так как другой реагирует точным движением.

Вы помните историю о трех котах? У самурая в доме завелась крыса, от которой он не мог избавиться. Самурай принес прекрасного кота — мускулистого и храброго. Но крыса, более быстрая, потешалась над ним. Тогда хозяин взял другого кота — хитрого и нахального. Но крыса остерегалась его и показывалась только тогда, когда кот спал. Монах из соседнего храма дал самураю своего кота — тот мало чем отличался от других котов. Он все время дремал, равнодушный ко всему происходящему вокруг. Хозяин дома пожал плечами, но монах настоял, чтобы кота оставили в доме. Кот все время спал, и крыса снова осмелела: она шмыгала туда и обратно перед самым носом кота, внешне безразличного. И вот однажды, внезапно, одним ударом лапы кот поймал крысу. Сила тела, умелая техника — ничто без бдительного сознания. Ясное сознание — главное в точном движении тела.

— Но что нужно делать, чтобы сохранить настоящую сосредоточенность? Напряжение утомляет, а в большинстве поединков нельзя не двигаться.

— Ваше сознание не должно ни терять самообладания, ни делать интеллектуальных расчетов; только полностью адаптироваться к тому, что происходит. Постоянно сосредоточивайте ваше внимание на дыхании, на выдохе, который должен быть медленным, долгим и должен спускаться как можно ниже в брюшную полость. Глаза не спускайте с глаз вашего противника. Таким образом следите за его внутренним движением.

 


 

В учебном бою между учителем Юно и одним из его учеников последний через несколько минут уже задыхался, вымотанный напряжением. Юно же оставался таким же сосредоточенным и спокойным, абсолютно бдительным. И в точный момент он прикосновением своего учебного меча к шее отбросил ученика за татами. Ему было достаточно одного-единственного движения, когда слабое место открылось в защите противника.

Концентрируйте свое внимание на своем выдохе — это очень важно! Пусть он будет более долгим, возможно, более спокойным — это помогает не быть усталым и взволнованным...

Тайсэн Дэсимари умолк, и в уголках его глаз вновь появилась россыпь морщинок — все, что наставник говорил о серьезных вещах, он говорил с неизменной улыбкой: «О серьезных вещах трудно говорить до конца серьезно...» — добавил он в заключение, продолжая улыбаться, но в этой улыбке было столько серьезности, сколько ее может вместить улыбка мастера...

Возможно, что-то из беседы с Тайсэном Дэсимари вам покажется несущественным или столь понятным, что даже и говорить об этом не стоило, но не торопитесь с подобными выводами, а постарайтесь пропустить все прочитанное через «сито собственного опыта», а когда каждое положение найдет свое место, вновь вернитесь к этим «простым», но вечным истинам...



ПОДЕЛИСЬ!