Главный беспредел Столетней войны - жестокие шевоше

В конце XII века, когда отношения между английским и французским монархами накалились до предела и Генрих II высадился в Нормандии в 1188 году, Филипп Август вторгся в регион. Он взял Вандом и двинулся с крупной армией к Ле-Ману, сжигая деревни и опустошая территории по пути. В то же время его родственник Филипп, епископ Бове, огнем и мечом прошелся по графству Омаль. То, чем занимались люди короля и епископа, можно описать одним словом - chevauchée (шевоше), что буквально переводится как "конный набег". Примерно в это же время и появился этот термин.

Еще предшественнику Филиппа, Людовику VII, один из его приближенных советовал, действуя через шотландского союзника, "разорить земли" врага и "предать все пламени". Именно так, по его мнению, следует вести войну с англичанами: "сначала опустошить их земли, а потом разбить их самих".

Главный беспредел Столетней войны - жестокие шевоше
В роскошных одеяниях и в сияющих доспехах шли они на войну, пока вокруг творилось... Иллюстратор: Peter Dennis

Кажется, французы знали толк в терроре селян и разорении их земель, но, как выяснится позднее, англичане оказались куда искушеннее в этом вопросе. Давайте сначала поинтересуемся у известного рыцаря и трубадура конца XII века Бертрана де Борна, как он относится к подобного рода акциям:
"...
Я чувствую большую радость,
Когда вижу выстроенных в поле
Вооруженных всадников и лошадей.
И мне нравится, когда дозорные
Заставляют бежать людей с их добром.
И мне нравится, когда..."

Спасибо, Бертран, мы и не сомневались.

Те самые дозорные, или разведчики, а за ними и фуражиры шли перед армией и совершали вредительство. Чем крупнее армия, тем больше таких отрядов разбредалось по округе. Вся эта братия активно грабила и насиловала простой люд, жгла все вокруг и убивала невинных - насколько далеко они заходили в своих бесчинствах, зависело от отдельных групп.

Шевоше был не просто бандитизмом - это скорее средневековый метод ведения войны. Беспринципный, кровавый и с сомнительной эффективностью, но какой был. Самым ярким примером этой, с позволения сказать, тактики стал беспрецедентный поход Эдуарда Черного Принца, сына английского короля Эдуарда III, в 1355 году.

Главный беспредел Столетней войны - жестокие шевоше
Он прошел за два с половиной месяца от Бордо до Нарбонна

Поистине щедрый размах шевоше приобрели в ходе Столетней войны - они теперь использовались систематически и могли охватывать территории побольше. То есть эта квази-тактика еще и совершенствовалась. Так, разорительный поход Черного Принца растянулся более чем на тысячу километров и занял два с половиной месяца.

Изначально был намечен стремительный рейд в земли ненавистного противника - Жана д'Арманьяка, военного советника французского короля. Да и тот набег был, по всей видимости, лишь отвлекающим маневром для координации действий с английскими силами, действующими на севере Франции. Но по мере продвижения его армия так увлеклась грабежом, что дошла до Средиземного моря.

Небольшая группа лесных бандитов, которые устраняли мужчин, насиловали женщин и отбирали все, что можно унести, представляла серьезную угрозу для всякой деревеньки. Не сложно представить, каким ужасом для крестьян обернулся поход Черного Принца, ведущего целую армию из 6-8 тысяч воинов. Впоследствии она еще была поделена на три части ради большей площади поражения.

Поход затронул в общей сложности около 500 населенных пунктов. При этом не было организовано ни единой осады - крепости и укрепленные города остались не тронуты. Тулузу, к примеру, где укрылся упомянутый граф д'Арманьяк, войско обошло стороной. Сам граф затем преследовал противника до самого конца опустошительного похода.

Главный беспредел Столетней войны - жестокие шевоше
Иллюстратор: Giuseppe Rava

И что в итоге? - А в итоге Эдуард Черный Принц, равно как и его секретарь, хвастали в письмах своими достижениями. Писали они о невероятном экономическом уроне, нанесенном французскому монарху. Секретарь рапортовал о разорении земель, приносящих до половины дохода в казну короля Франции. Конечно, это не соответствовало действительности. Но награбили они действительно вдоволь - даже возникла проблема с перевозкой этого добра. Что же касается некомбатантов, пострадавших от беспредела, их редкое упоминание происходит в следующем ключе: "люди в ужасе бежали, завидев наше приближение".

Может показаться, что такой метод ведения войны сулит лишь выгоду: разорения могли частично покрыть расходы военной экспедиции. Мотивирующим фактором они становились для простых воинов, которые могли внезапно разбогатеть (окружение Черного Принца неплохо так возвысилось после Большого шевоше). Для отдельных участников похода награбленное являлось полезной обузой, заставлявшей их до последнего бороться за трофеи. Вспомните, как, по свидетельствам очевидцев, французские солдаты во время отступления из Москвы напрочь отказывались оставить дорогую добычу и до смерти замерзали у поклажи.

× Поддержите подпиской наш телеграм-канал: @battlez

Но, с другой стороны, разорительный поход мог привести лишь к излишним расходам у инициатора, если цель похода применит тактику выжженной земли. Подобным образом Карл V лишал противника возможности пограбить, уводя людей, а с ними и скотину с насиженных мест, уничтожая поля и всякую кормежку. При этом у жертв набега оставался и другой выбор - взятка. Так, жители деревень, встречающихся на пути у короля Генриха V во время его Азенкурской кампании, успешно откупались от поджогов и насилия. Но проблема в том, что не каждому такой выбор давался: Эдуард Черный Принц в 1355 отказался от щедрых даров жителей Каркассона и сжег город, несмотря ни на что. Шевоше - символ жестокости Столетней войны.

Обязательно делитесь статьей и ставьте "пальцы вверх", если она вам действительно понравилась!
И не забывайте подписываться на канал - так вы не пропустите выход нового материала.


Следующее: Это было давно, но как-будто вчера...

Предыдущее: Танковый армагеддон в России глазами танкиста СС. Уникальные цветные фотографии



Поделиться!