? Как Сталин поручился за расстрельного танкового генерала

Друзья! Горячий привет! Эти воспоминания генерала Бокова опровергают сразу два мифа о товарище Сталине. Во-первых, Сталин всегда старался стать на сторону человека, если видел, что его несправедливо обвиняют. Во-вторых, даже в годы Великой Отечественной Верховный главнокомандующий не был всесильным диктатором.

Иногда, чтобы спасти боевого офицера, Сталину приходится мягко просить, а не приказывать. Именно так произошло с танковым генералом Танасчишиным.

Политруки - ненавистнее врагов! Стреляют в спину!

Эта фраза из нацистской пропагандистской листовки - практически идеально ложится на образ политрука из современного военного кино. Редко когда покажут политработника приличным человеком. Гадина обычно, редкостная!

Некоторые либералы при фамилии Бокова морщат носы: Фи, политрук, как ему верить! Боков не просто политрук, он дивизионный комиссар. А в 1937 году и вовсе возглавил Военно-политическую Академию им. Ленина. Собственно, он фронтовых комиссаров учил!

В отличие от баек "героических фронтовиков" искусствоведа Никулина и связиста Рабичева, мемуары генерала Фёдора Бокова оспаривать тяжело. Он и со Сталиным несколько лет проработал в плотном контакте и на фронте повоевать успел, Берлин брал.

В начале Войны служил замом начальника Генштаба, тащил на себе большой объём организационной работы. А в начале 1943 года написал Сталину рапорт с просьбой направить в действующие части, на фронт.

И до конца Войны Федор Боков воевал в крупнейших и тяжелейших операциях в качестве члена военного совета армий и фронтов. Брал Сталинград, брал Берлин. Как это не похоже на лубочный образ подлеца-политрука из либеральных книжонок, правда?

За недостаточный трепет перед начальством

Генерал Боков вспоминал как в начале 1943 года, будучи помощником Сталина по связям с Генштабом, стал свидетелем любопытного случая. Двое спевшихся гарных украинских хлопцев Ерёменко и Хрущёв прислали шифротелеграмму с требованием немедленно арестовать и судить военным трибуналом танкового комкора Танасчишина.

Телеграмма нешуточная. Ерёменко - командующий Сталинградским фронтом, Хрущёв - член военного совета. Небожители по сравнению с каким-то комкором.

Официально Танасчишин обвинялся в превышении полномочий и неисполнении приказов. Как вспоминали современники, причина была прозаичнее. Комкор на очередном штабном совещании распослал по матери ничего не смыслящего в военном деле партийца Хрущева.

Хрущев потребовал немедленно снять танкиста с командования корпусом. Ерёменко поддержал. От "стенки в чистом поле" комкора отделяла одна виза на телеграмме.

Причём обиделись хлопцы-начальники не на шутку. Боков вспоминал, что в тот день его просто замучили звонками по этому вопросу. Звонил и Хрущев, и Ерёменко, в голос требовали немедленно доложить Сталину!

Сталин, вопреки сказкам либералов, отчего-то с радостью не подмахнул расстрельную телеграмму. Наоборот, потребовал принести ему материалы последних наступательных операций корпуса Танасчишина.

Обмолвился, что помнит комкора еще по времени обороны Москвы. Тогда тот командовал еще не танковым, а всего лишь мотоциклетным корпусом. Но воевал от этого не менее храбро, столицу отстояли.

Материалы наступления корпуса в Сталинградской операции тоже показывали командира как толкового стратега и организатора. За успешные бои корпус Танасшичина получил звание гвардейского.

Вердикт Сталина был неожиданным:

- Отменить решение комфронта я не могу. Танасчишин - его прямой подчиненный, вмешательство Ставки подорвёт авторитет командира. Зато могу по старому обычаю за провинившегося поручиться. Не исправится - придётся мне за него отвечать. Так и передайте товарищам.

Реакцию Ерёменко и Хрущева трудно описать. Как пишет Боков, Хрущев принялся обвинять во всем его. Мол, выгородил перед Сталиным, не так подал сведения!

Генерал Боков с ехидными интонациями предложил Никите самом позвонить вождю и "поправить дело". Что характерно, звонить Верховному по этому вопросу Хрущев побоялся.

Характеристика Сталина

Отвечать за "взятого на поруки" Сталину не пришлось. Танковый корпус Танасчишина так рьяно громил врага, что после освобождения Сталинграда получил почетный титул "Сталинградский.

Сам комкор погибнет через год, во время боёв под украинским Николаевым. Штабную палатку на передовой накрыло вражескими бомбами.

Любопытен еще один, казалось бы, не связанный эпизод. Оклеветал Танасчишина перед Сталиным командующий фронтом или нет? Наверняка не скажешь.

Зато известна характеристика, данная Ерёменко самим товарищем Сталиным. Вождь прямо пишет об этом, сравнивая командующего с будущим маршалом Победы Рокоссовским.

Войска генерала Еременко не любят, как командир не слишком выдающийся. Зато хвастун каких мало и заискивает перед начальством. Неслабая оценка от Верховного?

Начальник Генштаба маршал Василевский и вовсе в мемуарах припечатал Ерёменко жёстким словечком "подхалим". Ну а про выдающуюся порядочность члена Военсовета Хрущёва мы и без мемуаров всё знаем прекрасно.

Кстати, зарвавшегося комфронта Сталин, похоже, слегка охладил. Через пару недель после расстрельной телеграммы на танкового генерала комфронта Ерёменко отправили "на лечение". И месяца три к командованию фронтом не подпускали, пока чуть не пришёл в себя.

Может, конечно, правда приболел. Но уж больно удачно совпало, в мемуарах о таком не пишут. Зная тонкие методы психолога Сталина, вполне похоже, так и было.

Ерёменко дали понять как следует себя вести советскому командиру и как он не может позволить себя вести с подчинёнными боевыми офицерами. Подействовало, дальнейший боевой путь генерала дурными историями не омрачался. Воевал героически и привёл нашу Родину к Победе!

Любопытное фото к этой истории смотрите в моем Инстаграме: instagram.com/yarbush
? Как Сталин поручился за расстрельного танкового генерала