Не жди три дня, похорони до полуночи — советовали ей, но не послушалась

Прабабка рассказывала, ещё до войны жил в их деревне старый дед. Уж сколько ему лет, никто толком и не знал.

Жил обособленно, на краю деревни, в стареньком разваливающемся домике.

Никого из родни у него не было, кроме племянницы. А та и не слишком беспокоилась о нем — на то своя причина была.

Дед этот за всю жизнь десяток жён сменил. Женщины в его доме не задерживались, чахли.

Но женихом, по тем временам, он был видным, обязательно находилась очередная бесстрашная.

Не жди три дня, похорони до полуночи — советовали ей, но не послушалась

Остепенился дед лет в шестьдесят, схоронив последнюю. С тех пор в доме женщин у него не было, а из хозяйства лишь куры да старый кот.

Но известен дед был не только многочисленными жёнами, но и своими особенными способностями.

С детства наблюдалась за ним некая особенность. Ещё маленьким любил он бегать на кладбища, где мог гулять часами.

Уже в юности стал он родителям своим сказывать, вот в том доме, мол, скоро беда случится. Ивану недолго осталось. А следующая за ним Матрёна с соседней улицы.

Не жди три дня, похорони до полуночи — советовали ей, но не послушалась

Родители поначалу серьезно не отнесли. Подумаешь, Иван и так старый, на ладан дышит. А Матрёна и вовсе пять лет уж как не в себе.

Но когда сын стал предсказывать конец совсем уж молодым ребятам, которым, как говорится, ничто не предвещало, испугались.

Просили сына перестать на кладбище ходить. Но где уж там, хоть на замок запирали, убегал.

Прознали в селе про дар этот и стали ходить к мальчишке, кто с каким вопросом. Ну и благодарили конечно, чем могли.

Не жди три дня, похорони до полуночи — советовали ей, но не послушалась

Завелись деньги в доме. Новую избу семья отстроила. Вот только счастье куда то испаряться стало.

Отец с матерью ссориться стали. Потом и вовсе развелись. Отец другую женщину нашёл да и уехал. А мать с горя зачахла.

Так и повелось. Не приживались больше женщины в этом доме. И радости особой не было.

И вот состарился тот дед, а ведь до последнего людей принимал, «работал».

Не жди три дня, похорони до полуночи — советовали ей, но не послушалась

Состарился и отбыл в мир иной. Единственная, кто рядом была, племянница.

Советовали ей деда поскорей похоронить. Да ведь не по-божески, не по обычаям. Решила три дня все же подождать.

Но в первую же ночь дух деда ей такое веселье устроил, что еле с избы ноги унесла, до соседей добежала. В окно стучит, перепуганная. Дед, говорит, злой, недовольный.

Не жди три дня, похорони до полуночи — советовали ей, но не послушалась

Взял сосед палку большую да и пошли в избу. Как увидели все вверх дном, поняли, хоронить срочно надо. Не к добру такие проделки.

И уже к утру все порешили. Еще пару дней дед снился своей племяннице по ночам, недовольничал да ворчал. Но потихоньку отстал, успокоился.

А дом тот ещё долго стоял в том селе. Даже мальчишки мимо обходили, не лезли. Снесли лишь в 80-х, когда один богатей решил на том месте себе усадьбу возвести.

Ничем хорошим конечно не закончилось. Но это уже другая история.