Событие, которое заставляет иначе взглянуть на резню в Варфоломеевскую ночь

Всем хорошо известна Варфоломеевская ночь – резня, устроенная парижскими католиками в августе 1572 года. Считается, что это кровавое мероприятие организовала Екатерина Медичи – матушка короля Карла IX. Правда, есть свидетельства, позволяющие иным историкам полагать, что сама венценосная матрона и не являлась инициатором этого резонансного события. Просто подданные искренне стремились обезопасить своего короля, в которого крепко верили – так было принято в то время. А еще важно понимать, что и сами протестанты не являлись невинными овечками. И многие события они же сами и спровоцировали.

В первом романе Дюма о приключении мушкетера из Гаскони один из слуг рассказывает о своей семье – как отец их с легкостью менял веру по требованию момента, а сыновей дальновидно воспитал в рамках противоположных конфессий. Собственно, этот эпизод дает очень точное определение того, насколько силен оказался раскол общества. Беда в том, что сознание той поры не допускало примирения в делах веры. Поэтому никто не желал уступать. Гугеноты убивали католиков, католики – протестантов. Это и называлось равновесие.

Вроде бы считается, что злые католики не давали сторонникам более свободной формы богослужения прохода. На самом деле протестанты любили насилие никак не меньше оппонентов, просто они придавали актам возмездия некие ритуальные черты, как бы формируя в сознании общества оправдания своих действий. Скажем, они запросто могли перебить монастырских обитателей и тела их закинуть в реку – мол, для очищения грешников водой. И с этой точки зрения сложно сказать, кто был большим лицемером – они или инквизиция.

Событие, которое заставляет иначе взглянуть на резню в Варфоломеевскую ночь

В 1566 году король Филипп II отвлекся на подавление волнений в Нидерландах. Французы несколько обеспокоились концентрацией испанских сил у своих границ, потому усилили ее 6000 швейцарцев – самых надежных вояк из наличных. Что, в свою очередь, обеспокоило некоторых вождей гугенотов – они решили, что концентрация сил может пойти им во вред. И поэтому рискнули взять в заложники Карла IX. Он как раз с матерью Екатериной Медичи стоял со двором в замке Монсо.

Протестанты стали накапливать силы недалеко от замка. Это заметили в королевской свите. Но ситуация сначала показалась нелепой – вроде повода для эскалации конфликта особого не было. Но, как только слухи подтвердились, Екатерина и ее окружение ушли в замок Мо, куда уже вызвали и швейцарцев – к тому моменту нужда в охране ими границ отпала. Под охраной гвардии царственные особы отправились в Париж. По дороге конница протестантов несколько раз выскакивала на пути шествия отряда, но, верно оценив соотношение сил, они так и не решились на нападение. Так что ничего непоправимого не произошло, но вот Екатерина Медичи все запомнила.

В 1567 году в Ниме протестанты выставили своего кандидата на выборы сенешаля. Но его кандидатуру отверг наместник. В результате гугеноты решили отомстить. Для чего собрали во дворе епископского дворца всех видных в округе католиков (в основном монахов и священников) под предлогом обсудить ситуацию и каким-то образом прийти к соглашению. Но договариваться не стали, а попросту перебили всех, кто выступал против их веры. И потом покидали тела в колодец. Мол, пусть вода смоет грехи. И всего погибло в эту ночь около 90 человек. Не много по меркам того времени, вот только простых среди жертв не было – все сплошь наиболее уважаемые, авторитетные священнослужители.

Событие, которое заставляет иначе взглянуть на резню в Варфоломеевскую ночь

А еще протестанты регулярно воевали с иконами, статуями и другими идолами. Это даже считалось в их среде чем-то вроде хорошего тона. И все эти действия религиозных противников быстро становились известными в Париже. Поэтому не стоит думать, что только руки одной стороны оказались в крови. Эта война не знала ни милосердия, ни благородства.

× Поддержите подпиской наш телеграм-сайт: @battlez

Так что когда случилась уже Варфоломеевская ночь, мнение о ней в цивилизованном мире очень разнились. И единодушного осуждения не было. Наш Иоанн Васильевич Грозный довольно резко и сурово отозвался о действиях католиков. А папа Григорий XIII устроил гуляния с фейерверком и дармовым угощением, выслав французскому королевскому двору цветистые поздравления на словах.