Забытый герой, не сдавший острог даже в критической ситуации

Как известно по источникам, во время второй осады маньчжурами Албазинского острога, пушечное ядро поставило точку в земной жизни воеводы Толбузина (ему оторвало ногу, и к вечеру воевода скончался от потери крови и сепсиса). Тогда сопротивление возглавил его заместитель – казачий голова Афанасий Бейтон. Причем возглавил так толково, что примерно пять серьезных штурмов оказались отражены. А осажденные настолько почувствовали себя уверенными, что даже затевали вылазки в лагерь врага. Правда, от семи сотен с лишком сидельцев в живых осталось 66 человек (где-то называют 68, что особой погоды не делает), но от ран умерло чуть более сотни, а остальные погибли из-за болезней – в укреплении имелся запас пшеницы и другой столь же бедной витаминами пищи.

В конце дела Бейтон из-за болезней не мог передвигаться самостоятельно, но острог оказался за казаками. А еще голове приписывают красивые слова "русские в плен сдаваться не привыкли". Легенда особенно прекрасная оттого, что сам герой русским никак не был – это был чистый пруссак довольно низкого происхождения в чине поручика, перешедший в 1654 году на русскую службу. Стало быть, во время обороны Албазина он отслужил уже 32 года русскому царю и считался довольно пожилым человеком (умер Бейтон в 1701).

У Афанасия Ивановича довольно много биографов, но большинство их измышлений никак не подтверждается документально, оттого самыми точными сведениями можно считать те, что приведены в биографии его, написанной сыном. По крайней мере, большинство сведений подтверждается архивно если не напрямую, то косвенно, посредством упоминаний в разных письмах и грамотах. Поэтому их и стоит брать за основу. Правда, биография эта написана в рамках следственного дела, что нисколько ее не портит.

Забытый герой, не сдавший острог даже в критической ситуации

Еще интереснее тот факт, что фамилия героя в источниках звучит совершенно по-разному. В зависимости от способа написания. Тогда могли использовать латынь, немецкий и английский языки, отчего фамилия варьировалась довольно широко и встречаются варианты Бейтон, Байтон, Бейдон, Байдон, Бойдон, фон Бейтон и даже Фанбейтон – в зависимости от богатства внутреннего мира чиновника, фиксировавшего ее.

Бейтон пришел к русским добровольно, во время массового найма иностранцев в рамках русско-польской войны 1654 года. Он участвовал в сражениях под Смоленском, потом дрался под Шкловом, Быховом, Слуцком, Ригой, Мстиславлем, упоминался в числе защитников Могилева, когда его осадили. Потом, еще до окончания кампании, Бейтона перевели в Томск. Судя по всему, он уже носил офицерское звание и считался опытным воякой.

В Томске Афанасий Бейтон женился. Для чего ему пришлось принять российское гражданство и перейти в православие – по законам той поры. В городе этот солдат занимался формированием местных полков и их обучением. А заодно отражал набеги аборигенов. Стоит упомянуть, что женитьба серьезно поменяла статус этого офицера. До той поры он числился иностранным наемником, служащим по контракту. Ну, а русское подданство уже обязывало его служить пожизненно. Стоит упомянуть, что на Бейтона писалось немало жалоб, обвинявших его во взяточничестве и ином мздоимстве. Что, впрочем, считалось допустимой приметой времени и особых последствий не имело.

Забытый герой, не сдавший острог даже в критической ситуации

После обострения отношений с маньчжурами в Тобольске сформировали полк в 600 человек и назначили командиром как раз Бейтона. Полк числился регулярным, хотя состоял из очень пестрой массы – посадские, крестьяне, казаки, гулящие люди и другие пассионарные личности. Ему поручили прикрывать строительство (точнее, реконструкцию) Алабазинского острога.

По дороге в Иркутск в вверенной Бейтону части произошла буза. Недовольные казенным снабжением, солдатики взбунтовались и объявили казачий круг. При этом своей задачей не пренебрегали. Просто на выборном собрании большинством голосов назначили казачьего голову, которым оказался… прежний командир Афанасий Иванович Бейтон. Так бывший пруссак стал еще и казаком.

К первой осаде полк не поспел, и потому отошел в Нерчинск. Где получил дополнительное вооружение (в основном пушки), огневой припас и снова был отправлен в Албазин. Формально гарнизоном крепости командовал не он, но именно этот офицер руководил ее восстановлением (практически заново построил, поскольку прежние укрепления маньчжуры сожгли дотла). Так вышло, что на момент восстановления острога он являлся единственным человеком в округе, знакомым с правилами строительства европейских укреплений, способных выдерживать артиллерийский огонь.

Забытый герой, не сдавший острог даже в критической ситуации

Крепость успели построить до второй осады, которую, как известно, волей случая возглавил все тот же Бейтон. То есть этой славной страницей в истории русская империя дважды обязана этому иностранцу – как военному инженеру и как командиру. Ну а сам Афанасий Иванович, переживший голод и лишения осады, потом числился головой Иркутска. Да еще и подавлял восстания забайкальских казаков, за что получил дворянство по московскому списку. Причем не всегда действовал силой, а куда чаще его посылали как переговорщика – видимо, авторитет казачьего головы среди служилого люда был немаленький. В старости его направили в Верхоленский острог приказчиком. Сыновья и внуки Бейтона тоже служили России.

× Поддержите подпиской наш телеграм-канал: @battlez

Хотите видеть больше интересных материалов? - подписывайтесь в раздел и ставьте "пальцы вверх"
Делитесь статьями в соц. сетях - так вы помогаете каналу развиваться