Зоя Воскресенская, известная миллионам как любимая детская писательница, долгие годы хранила тайну, которая могла бы стать сюжетом для шпионского романа. Сидя за столом, чтобы написать свою первую книгу «Советская тайна», она испытывала странное чувство — вместо сухого отчета разведчика рождалось литературное произведение. Её жизнь была разделена на две части: одна — для всех, другая — для избранных, знавших правду.
Большинство читателей знают Зою Воскресенскую по её трогательным и добрым книгам для детей. Однако мало кто подозревал, что эта удивительная женщина четверть века отдала службе в советской внешней разведке. Её настоящее призвание и подробности биографии оставались государственной тайной вплоть до 1990-х годов, когда архивы были частично рассекречены.
Родилась будущая разведчица и писательница в 1907 году в подмосковном городке Алексин. Сегодня в её родном городе нет отдельного музея, посвящённого этой легендарной личности, лишь скромный стенд в местном краеведческом музее. И это несправедливо, ведь её жизнь — готовый сценарий для фильма о силе духа, преданности и таланте.
В общей сложности 25 лет Зоя Ивановна провела на невидимом фронте. Под прикрытием она объездила полмира с разведывательными заданиями: работала в Китае, странах Балтии, Германии, Австрии, Финляндии и Швеции. Каждая командировка была новой ролью, новым именем и постоянным риском.
Её путь к Лубянке начался непросто. Детство и юность пришлись на революционные годы и Гражданскую войну. Умение читать и писать, которое Зоя получила ещё до революции, в те годы было редким и ценным навыком. Именно грамотность открыла ей двери в библиотеку ВЧК, где она начала свою службу.
Работа в библиотеке принесла ей не только опыт, но и глубокое удовлетворение: она помогала неграмотным сотрудникам ЧОН (частей особого назначения) освоить чтение, видя их искреннюю радость от обретения знаний. В 20 лет ей доверили работу с малолетними правонарушителями. Подход Зои был не карательным, а человечным — она искренне сочувствовала подросткам, чьи судьбы искалечила война и разруха, и они отвечали ей теплотой и доверием.
Литературный талант проявился рано: она мечтала писать, но, прочитав работы Антона Макаренко, уничтожила свои первые наброски, посчитав их недостаточно зрелыми. Судьбу вновь решила партия, направив её в город Калинин (ныне Тверь) для организации первых пионерских отрядов среди детей рабочих.
В Смоленске её жизнь сделала новый виток: она вышла замуж и родила сына Владимира. Работая в райкоме партии, она даже принимала партийные взносы от будущего Маршала Советского Союза, Георгия Жукова. После перевода мужа в Москву семья переехала, но брак вскоре распался. Оставшись одной с маленьким сыном, Зоя устроилась машинисткой в транспортный отдел ОГПУ на Белорусском вокзале. Времени на сына катастрофически не хватало, и на помощь пришла её мать, взявшая на себя заботу о внуке.
Первое задание: Харбин
В 1929 году, в день рождения Ленина, Зою приняли в партию. Всего через три месяца последовал вызов на Лубянку. Несмотря на уже имевшийся опыт работы в системе, она волновалась — такой вызов всегда означал нечто серьёзное. Ей прямо заявили: она становится разведчицей-нелегалом и вскоре отправится в Харбин под прикрытием сотрудницы нефтяного синдиката.
Первый боевой выход на связь запомнился ей навсегда. Нужно было получить записку в антикварном магазине. От волнения её буквально била дрожь, и, лишь вернувшись в безопасное место, она с трудом разжала пальцы, сжимавшие крошечный клочок бумаги. Задание было выполнено. Позже ей удалось провести сложную операцию по вербовке бывшего советского гражданина, сбежавшего в Шанхай с государственными деньгами.
Завербованный быстро осознал свой промах. Зоя, действуя на свой страх и риск, дала ему честное слово от имени СССР, что к нему не будут применены репрессии. Мужчина поверил, вернулся, начал сотрудничать, вернул украденные средства и в итоге восстановил своё доброе имя.
Под маской баронессы
После возвращения в Москву и короткой подготовки Воскресенская вновь отправилась за границу — на этот раз в Ригу в образе роскошной дамы в мехах и бриллиантах. Так начался её «европейский период». Получив новый паспорт на имя богатой баронессы, она отбыла в Берлин.
Её легенда была безупречна: избалованная жена беспартийного инженера-специалиста, живущая в центре Берлина у Бранденбургских ворот. Она вела светский образ жизни — рестораны, опера, курорты, — притворяясь больной и открыто жалуясь в обществе на мужа, которого «одурачивает». Её истинная задача была иной: в совершенстве овладеть немецким языком, включая региональные диалекты, ведь малейший акцент мог выдать её в самом конце многоходовой операции.
Перед ней изначально стояла задача, от которой она категорически отказалась: соблазнить высокопоставленного швейцарского генерала для получения секретных данных. Воскресенская заявила, что в случае такого приказа предпочтёт застрелиться. Центру пришлось пересмотреть планы и разработать для неё новые задания.
Замужество и работа в Финляндии: мадам Ярцева
Судьбоносной стала её командировка в Финляндию, где она работала под прикрытием сотрудницы «Интуриста». Там же находился и резидент советской разведки Борис Рыбкин, действовавший под именем консула Ярцева.
Обратите внимание: Коронавирус. История болезни. Начало, больница и что было потом. (Личный опыт автора).
Сначала их рабочие отношения не заладились, споры доходили до того, что Зоя (оперативный псевдоним «Ирина») просила отозвать её из страны. Однако, как это часто бывает, от антипатии до симпатии — один шаг. Они поженились, образовав одну из самых знаменитых разведпар советской эпохи.С 1935 по 1939 год они работали в Финляндии, а с 1941 по 1944 — в нейтральной Швеции. Финляндия в тот период всё больше попадала в орбиту влияния нацистской Германии, что делало работу чрезвычайно опасной и важной. Борису Рыбкину даже было поручено вести секретные переговоры с финнами от имени СССР (курировал их лично Сталин), но переговоры провалились, что в итоге привело к Советско-финляндской («зимней») войне.
Роковой вальс: предупреждение о войне
Вернувшись в Москву накануне войны, Воскресенская-Рыбкина работала в аналитическом отделе разведки. Именно там стекалась и обрабатывалась информация о готовящейся немецкой агрессии. Ещё в ноябре 1940 года внешняя разведка докладывала об угрозе. Весной 1941 года ценные донесения поступили от агентов «Корсиканца» (Арвида Харнака) и «Бригадира» (Харро Шульце-Бойзена), которые сообщали, что Гитлер принял окончательное решение о нападении.
Однако Сталин скептически относился к подобной информации, особенно от источников, которых мог заподозрить в связях с «врагами народа». Данные от разных резидентур иногда противоречили друг другу. Зоя Ивановна вместе с коллегой Павлом Журавлёвым собрали все тревожные сигналы в специальную аналитическую записку для Сталина, где прямо указывалось на неизбежность скорого нападения.
Немцы, почувствовав напряжение, отправили в Москву культурную делегацию. На приёме в германском посольстве Зоя Воскресенская присутствовала как представитель Общества культурных связей. Немецкий посол граф фон Шуленбург пригласил её на вальс. Кружась в танце, опытный разведчик заметила красноречивые детали: пустые места на стенах, где висели картины, сложенные для отправки чемоданы. Лицо посла было мрачным. «Вам не нравится вальс?» — будто невзначай спросила она. «Мне не нравится то, что будет после него», — горько ответил Шуленбург, известный своими прогерманскими, но антивоенными взглядами.
Её наблюдения легли в последний, отчаянный доклад, который заканчивался словами: «Всё готово к началу войны». До рокового 22 июня 1941 года оставалось всего пять дней. Но Сталин и это предупреждение счёл провокацией, не сумев или не желая оценить всю серьёзность разведданных.
Работа в годы войны
С началом Великой Отечественной войны Зоя Ивановна включилась в работу по организации партизанского движения и контрразведывательной деятельности. Она сотрудничала с легендарным Павлом Судоплатовым, занималась вербовкой агентов, в том числе и среди духовенства. Одним из её успехов стало привлечение к сотрудничеству епископа Ратмирова, который помогал выявлять немецких шпионов. За эту работу епископ был лично награждён Сталиным.
В декабре 1941 года она вновь соединилась с мужем, получив назначение в советское посольство в Стокгольме. Супруги Ярцевы (их оперативные псевдонимы) возобновили работу за границей. Зоя, как пресс-атташе, работала под началом посла Александры Коллонтай.
Именно в Швеции они развернули мощную пропагандистскую работу. Было создано «Информационное бюро», выпускавшее бюллетени на русском, шведском и английском языках. Тираж из скромного листка вырос до десятков тысяч экземпляров. При посольстве открыли кинозал для показа советских фильмов, организовывали концерты (например, исполнение «Ленинградской симфонии» Шостаковича), публиковали статьи о СССР. Эта деятельность помогла склонить симпатии нейтральной шведской общественности на сторону Советского Союза.
Личная трагедия и конец карьеры разведчика
В 1947 году супруги наконец взяли долгожданный отпуск. Гуляя по Карловым Варам, они строили планы на мирную жизнь, мечтали оставить службу, получить землю и заняться сельским хозяйством. Но этим мечтам не суждено было сбыться. Срочная телеграмма прервала отдых. Борис Рыбкин погиб при загадочных обстоятельствах, официально — в автокатастрофе. Однако, прощаясь с мужем у гроба, Зоя заметила след от пули за его ухом, что говорило о другом.
После гибели мужа она ещё несколько лет продолжала службу, но вскоре последовала неожиданная и горькая страница её биографии — ссылка в Воркуту. Там, в суровых условиях Заполярья, она два года проработала начальником лагерного отделения, ежедневно видя тысячи искалеченных судеб. Несмотря на тяготы, она, уже 48-летняя женщина, сохраняла красоту и достоинство, что даже стало местной легендой (ходили слухи, что заключённые скупали для неё весь одеколон в воркутинских магазинах).
Новая жизнь: писательница Зоя Воскресенская
В 50 лет, вернувшись в Москву, разведчик Зоя Воскресенская ушла в отставку. И на свет появилась писательница Зоя Воскресенская. Накопленный жизненный опыт, любовь к детям и врождённый талант storyteller нашли выход в литературе. Её повести и рассказы для детей и юношества, такие как «Девочка в бурном море», «Сердце матери» (о Ленине), «Сквозь ледяную мглу», instantly стали невероятно популярными. Они издавались миллионными тиражами не только в СССР, но и за рубежом, принеся ей славу и народную любовь, о которой она, возможно, и не мечтала в годы своей тайной службы.
Больше интересных статей здесь: История.
Источник статьи: Детская писательница 25 лет работала в разведке под псевдонимом "Ирина".