Многие годы я живу словно животное, движимое инстинктами. Умом я, кажется, всё понимаю, но выразить это не могу. Я вижу цель, но, идя к ней, постоянно оказываюсь не там, где планировал, словно хожу по замкнутому кругу. Возможно, мои внутренние «приборы» сломаны или не откалиброваны. Где же найти эталон, чтобы привести всё в порядок и наконец прекратить это бессмысленное движение? Время уходит, и нужен выход из этого тупика.
В поисках внутреннего компаса
Встаёт главный вопрос: что может служить истинным критерием и мерилом? Как проверить и откалибровать самого себя, чтобы быть уверенным, что мои суждения о мире не искажены пеленой собственных страстей, обид и иллюзий?
Способность давать оценки — это базовый механизм, данный нам от рождения. Именно через него мы выстраиваем свою личность, определяем своё место в мире, формируем понятия о морали и культуре, осознаём свой путь и следуем ему.
Если этот внутренний «компас» неисправен, человек строит неверные оценки и, как следствие, идёт по ложному пути, даже не подозревая об этом.
Как же в потоке жизни понять, что я движусь не в тумане собственных фантазий, а ясно вижу направление? Важно не столько то, что я делаю или не делаю, а то, насколько верно я осознаю реальность и свои ощущения.
Где искать эталон?
Как это проверить? На каком «небе» я сейчас нахожусь? Ответ стоит искать у тех, кто прошёл этот путь и достиг определённой ясности — у эталонных людей, духовных авторитетов.
Итак, определим критерий истинного духовного состояния для обычного человека, того, кто, как и большинство из нас, находится в состоянии «прелести» (духовного самообмана). Речь не о святых, а о нас.
Первый признак здоровья души
Преподобный Петр Дамаскин писал: «Первым признаком начинающегося здравия души является видение грехов своих, бесчисленных как песок морской».
На первый взгляд это странно: откуда у обычного человека столько грехов? Но именно осознание этого — начало пути.
Началом верного пути из пустыни самообмана является здоровье души. А первый признак выздоровления — способность ясно видеть, кто ты есть на самом деле, что ты делаешь и о чём думаешь.
Пока человек этого не видит, он даже не может уразуметь факт своей собственной греховности. Часто можно услышать от внешне добропорядочных людей: «Да нет у меня грехов! Я никого не убил, не украл, помогаю соседям, работаю для семьи…»
Но если начать глубже разбирать мотивы наших поступков и мыслей, окажется, что по-настоящему доброго мы делаем крайне мало. Чаще нами движут инстинкты, привычки и социальные шаблоны, усвоенные с детства. После честного размышления многие соглашаются с этим. Некоторых к истине приводят жизненные трудности и скорби.
Внешнее и внутреннее делание
Одна игуменья в начале XX века говорила своим монахиням: «Когда же вы начнёте быть христианками? Вы — пустое место». Эти слова вызвали возмущение: «Как так? Мы исполняем послушания, читаем молитвы, ходим на исповедь и причастие…»
Но игуменья настаивала: всё это лишь внешняя оболочка, пустота без внутреннего духовного делания. Она приводила в пример преподобного Макария Великого, которого современники называли «земным Богом». В своей утренней молитве он взывал: «Боже, очисти меня грешного, ибо я никогда не сделал ничего доброго пред Тобою». Разве это лицемерие? Нет.
Так он видел себя: понимал, что даже мгновения не живёт в полном соответствии с Божьим замыслом, то есть свято. Даже наши редкие добрые дела часто отравлены ядом тщеславия, корысти, желания угодить людям или потешить своё самолюбие. Начав дело с благим помыслом, мы нередко заканчиваем его гордыней.
Суть христианства — в видении своих грехов
Именно в этом проявлялось подлинное христианство святых — в глубоком осознании своих бесчисленных грехов. Это и есть настоящее смирение — трезвое видение глубины своего падения и повреждённости.
Мы сами этого ясно не видим, лишь улавливаем отголоски. А святые, по мере очищения души, видели всё отчётливее. Отсюда и восклицания вроде: «Не знаю, положил ли я хоть начало покаянию моему» (преп. Сисой). Только так открывается истинная красота души и понимается суть смирения, а не его подделки.
Таким образом, главным критерием оценки христианина должно служить умение видеть собственные грехи и их масштаб — всю свою злобу, самообман и внутреннюю мерзость.
Притча о двух дорогах
В патерике есть поучительная история. Двух сирот взяли в разные места: одна попала в женский монастырь, другая — в публичный дом. Прожив там всю жизнь, они умерли. Во время молитвы за их души было открыто, что девушка из дома терпимости попала в рай, а воспитанница монастыря — в ад.
Смысл этого назидания в том, что спасает не внешняя среда или образ жизни. Девушка в публичном доме всю жизнь страдала, плакала о своей греховности и взывала: «Господи, помилуй меня!». А в монастыре другая думала: «Слава Тебе, Господи, что я не среди этих грязнуль». Эта мысль и стала гибелью для её души.
Нет ничего выше подлинного смирения и ничего пагубнее самомнения.
Выбор, который стоит перед каждым
Вот две дороги, и конец их противоположен. Этот выбор не зависит от благосостояния, социального статуса или места рождения. Есть только два полюса.
Христианство — это не только торжественные богослужения. Оно даёт шанс на спасение каждому — и царю, и нищему.
Когда мы, думая о другом человеке, считаем: «Я бы так никогда не поступил», — это называется осуждение. Так мы мысленно ставим себя выше другого и сами падаем в грязную лужу гордыни.
Если не хотите постоянно оказываться в этой луже, ежедневно размышляйте: стал ли я сегодня чище, чем вчера? Или, наоборот, ещё больше измазался? Только так, возможно, мы сможем стяжать хотя бы отблеск истинной веры.
По материалам выступлений А.И. Осипова.
Спасибо, что дочитали. Всем сил и душевного покоя, чтобы достойно встретить всё, что принесёт наступающий день… Слава Богу за всё!
Фото из открытых источников#религия философия наука #смысл жизни человека #рассказы из жизни #православия #человек и общество
Еще по теме здесь: Новости науки и техники.
Источник: Душа отравленная ядом. Как проверить её состояние. Шкала чистоты.