В сентябре 1942-го с Дальнего Востока в Сталинград приехал человек, который меньше, чем за сорок дней уничтожит две с лишним сотни оккупантов, в том числе 11 снайперов и аса снайперской охоты, начальника школы Хайнца Торвальда. Звали этого человека Василий Григорьевич Зайцев.

За Волгой для нас земли нет!

Родился Василий 23 марта 1915 года в селе Елининка Оренбургской губернии. В Оренбуржье – всё сплошь степи да равнины, но село притулилась на краю огромного Джабык-Карагайского бора, где было много живности. Воспитанием Васи занимался дед Андрей Алексеевич – опытный охотник, и он с раннего детства научил пацана премудростям этого древнейшего ремесла: сливаться с местностью, бесшумно двигаться, чтобы зверь не учуял, и метко стрелять. Когда мальчик пошёл в шестой класс, дед подарил ему «берданку». Всё это потом очень пригодилось Василию.

После семилетки Вася уехал в Магнитогорск, где строился крупнейший металлургический комбинат, и поступил в стройтехникум, а затем на курсы бухгалтеров. В армию Василия призвали лишь в 22 года, направили на Тихоокеанский флот, где, окончив Военно-хозяйственную школу, он стал самой что ни наесть тыловой крысой – начфином в бухте Проведения.

Когда началась война, старшина 1-й статьи Зайцев много раз просил отправить его на фронт. Но начальство берегло грамотного финансиста, и Зайцеву не пришлось познать кошмар отступления 1941-го – лета 1942 года. Однако к сентябрю 1942-го обстановка на фронте сложилась очень тяжёлая, людей не хватало катастрофически, и под Сталинград отправили моряков, не имевших никакого опыта войны на суше. Среди тех, кто прибыл в 1047-й полк 284-й дивизии Сталинградского фронта, был и прекрасный охотник Василий Зайцев, чья воинская служба до этого проходила за письменным столом. Знали бы немцы, какой «бухгалтер» будет против них воевать, гонора бы у них поубавилось.

За Волгой для нас земли нет!

Война для Василия началась с ранений. Вернувшись после медсанбата в полк, он тут же отличился, показав всем, что не забыл навыки, полученные от деда: подобрав винтовку раненого товарища, с предельной дистанции влепил по пуле двум немцам, а вскоре попал точно в голову пулеметчика, который прятался в руинах завода, фактически решив исход боя. Командование быстро обратило внимание на меткого морячка, и предложило Зайцеву сформировать снайперскую группу, ведь в боях в городе умелый стрелок мог в одиночку некоторое время удерживать целую улицу, выигрывая время для перегруппировки своих товарищей. А группа снайперов могла вообще создать высокую и эффективную плотность огня на ограниченном участке фронта.

Зайцев, к тому времени уже главстаршина, хотя и не имел никакого опыта командования людьми, а о снайперском деле вообще ничего не знал, к подбору бойцов в свою группу подошёл с бухгалтерской скрупулёзностью. Помог опыт охотника: Зайцев понимал, что тут важно не только метко стрелять. Нужны терпение, ведь снайпер должен подолгу лежать в засаде неподвижно, умение подмечать детали, способность анализировать действия врага, уважение к нему, ведь недооценка противника ведёт к гибели самого снайпера, умение импровизировать и разумно рисковать, желание учиться. Зайцев сразу увидел, что наши снайперы, в отличие от немцев, действуют в одиночку. Это существенно снижало возможности по наблюдению за врагом. На очень слабом уровне была подготовка «рабочего места» и маскировка, плохо изучался передний край противника. В Красной Армии снайперов готовили и до войны, но при подготовке совершенно не учитывались особенности городского боя, когда противник был не только спереди, но и справа, слева, и даже сверху и снизу: средний этаж дома могли занимать наши, а верхний и нижний – немцы – эдакий «слоёный пирог». Выстрел мог раздаться, казалось бы, из самой безопасной точки.

За Волгой для нас земли нет!

После долгих наблюдений за действиями вражеских снайперов, Зайцев подметил, что во время нашей атаки они бьют не по переднему ряду атакующих, а по заднему. Остановив атаку, снайперы стреляли по санинструкторам и по раненым, которым те пытались оказать помощь и вытащить из-под огня. Из пятизарядной винтовки «маузер 98к» снайпер за минуту мог выстрелить десять раз с учетом перезарядки магазина. Два-три снайпера за короткое время выводили из строя целый взвод.

Наши снайперы были вооружены винтовками Мосина, на которую устанавливался оптический прицел ПУ с четырёхкратным увеличением. Благодаря специальным технологиям изготовления, укороченному стволу, прицелу ПУ, который был надёжнее всех иностранных аналогов, и некоторым другим отличиям от серийной винтовки, советские снайперы в Сталинграде получили серьёзное преимущество над своими немецкими визави: точность стрельбы в сравнении с «маузером 98к» выросла почти вдвое.

В конце 1942 года в 284-ю дивизию прибыл инструктор снайперской контрборьбы. Днём он был просто снайпером, а вечерами передавал свои знания фронтовикам. Так на опыт уральского охотника наложилась теория, и просто меткий стрелок Василий Зайцев превратился в одного из лучших, и уж точно самых эффективных снайперов Второй мировой войны.

Штатным расписанием снайперская группа, которую возглавил Зайцев, не предусматривалась, потому не было и официальной должности командира. Снайперы звали Зайцева просто – главный, ведь он был уже главстаршиной, продолжавшим носить тельняшку и морской ремень. Постепенно главный сформировал правила, которые позже войдут в учебники. Занятия по обучению своих снайперов Зайцев старался проводить каждый день вечерами, а ранним утром отправлялся на «передок» наблюдать за «крысиными норами» – позициями вражеских снайперов, скрытыми в руинах. Получив приказ ликвидировать снайпера или пулемётчика, Зайцев отыскивал очевидцев вражеского огня, выяснял, в какое время суток и при каких обстоятельствах были получены ранения, выспрашивал, где раненых нашли санинструкторы. Для того, чтобы изучать вражеский передний край, засекать скрытые среди камней огневые точки, отслеживать передвижения, измерять расстояния, наши снайперы часто использовали артиллерийские перископы. Чтобы вражеский снайпер обнаружил себя, его провоцировали пошевелиться или выстрелить. Частенько специально выставляли бутафорские перископы, и по пулевым отверстиям определяли, откуда стрелял немец. За чужим передним краем наблюдали до тех пор, пока немец не выдавал себя. Часто немецкий снайпер имел проводную связь с артиллеристами и сообщал им координаты целей, то есть, по сути, был ещё и корректировщиком огня. Зайцев решил стрелять одновременно и по снайперу, и по артиллеристам. Когда всё было готово, наш стрелок обозначил себя, немецкий снайпер выстрелил, и на миг приподнял голову над камнем, за которым прятался. Зайцеву этого мгновения вполне хватило. Когда немецкие пушкари вышли к орудиям, чтобы накрыть огнем Зайцева, они тут же были убиты снайперами. Позже в учебниках этот метод Зайцева будет назван «снайперским залпом».

За Волгой для нас земли нет!

Успехи группы Зайцева вовсе не гарантировали ему поддержки со стороны командиров: им были нужны решительные эффектные действия, о которых напишут в газетах, ведь за это можно было быстро получить ордена, звания и повышения по службе. Зайцев же частенько за целые сутки не стрелял ни разу: его методика не терпела суеты. Он тщательно изучал местность, основательно оборудовал основную и несколько запасных позиций, готовил карточки огня, вёл пристрелку. Однажды его даже обвинили в саботаже. От трибунала Зайцева спасла внезапная вражеская атака: снайперы, несколько дней не смыкавшие глаз в своих укрытиях, быстро перебили офицеров, и атака провалилась. После этого командование от Зайцева отстало.

25 октября 1942 года Зайцев получил свою первую награду – солдатскую медаль «За отвагу», а в придачу к ней новенькую снайперскую винтовку. Тогда-то Василий произнёс фразу, ставшую девизом сталиградцев, а газеты разнесли её по всем фронтам: «За Волгой для нас земли нет!»

За Волгой для нас земли нет!

Столкнувшись с таким опасным противником и его необычной тактикой, немцы были вынуждены сами начать готовить спецов контрснайперской борьбы. В Германии появились новые школы снайперов, подготовка в которых во многом, велась по советской методике. 70% всего учебного времени отводилось огневой подготовке: стрелять учились против солнца, в сумерках, ночью при яркой луне. Винтовка «маузер» новым требованиям не отвечала, и Гиммлер потребовал быстро разработать специальную снайперскую винтовку. Но быстро не получилось – германская промышленность просто не имела для этого материальных ресурсов, и оружейники были вынуждены модернизировать видавший виды «маузер 98к»: укоротили ствол, изменили форму рукоятки затвора, усовершенствовали спусковой крючок: мягкий спуск был предусмотрен конструктивно. Новый карабин оснастили четырёхкратной оптикой, которая позволяла попасть даже в амбразуру.

О Зайцеве в Берлине узнали не только из докладов от штаба 6-й армии, но и из советских газет, исправно поступавших в столицу рейха. Гитлер был взбешён, и приказал уничтожить Зайцева. Для этого в Сталинград лично приехал шеф Соссенской снайперской школы Хайнс Торвальд. По его заказу знаменитый Хуго Шмайсер создал мощную снайперскую винтовку. Винтовка комплектовалась десятикратными оптическими прицелами «Zeiss» для стрельбы днем и инфракрасным ночного видения.

За Волгой для нас земли нет!

О приезде Торвальда прознала советская фронтовая разведка, и Зайцев получил приказ немца найти и ликвидировать. К тому времени Зайцев уже научился по характеру огня и маскировки разгадывать почерк вражеских снайперов, легко отличал асов от дилетантов. Однако Торвальд оказался парнем не промах. Он искал Зайцева так же тщательно, как Зайцев искал его. Но времени оба даром не теряли: пока охотились, Торвальд убил 10 советских снайперов, а Зайцев – 12 немецких.

Как-то утром в середине декабря Зайцев заметил, что на нейтральной полосе у подбитого танка откуда ни возьмись, выросла груда кирпича, а рядом валялся ржавый лист железа, которых накануне не было. Интуиция и опыт подсказали, что немец оборудовал себе новую позицию. Чтобы выманить Торвальда, напарник Зайцева обозначил себя выстрелом. Немец выстрелил в ответ, и, будучи уверен, что ему уже ничего не угрожает, ведь Зайцева он убил, высунулся из укрытия. Тут-то Зайцев его и достал. Это был один из 1235 вражеских солдат, которых отправил к праотцам Зайцев и его группа.

В январе 1943 года позицию Зайцева накрыл случайный миномётный залп. Зайцев был тяжело ранен, контужен, и ослеп. В Москве знаменитый офтальмолог Филатов, проведя несколько сложнейших операций, зрение вернул, но со снайперской работой Зайцеву пришлось распрощаться.

22 февраля 1943-го младший лейтенант Зайцев стал Героем Советского Союза. После награждения в Москве он обстоятельно изложил свой сталинградский опыт, чтобы его использовали при выработке методик обучения снайперов. Особенно высоко оценили зайцевский «шахматный метод», когда на небольшом кусочке фронта работало сразу несколько групп снайперов, а также снайперский залп – одновременный плотный огонь по всем разведанным целям. Вскоре наши снайперы получили наставления, которые учитывали опыт двух лет войны.

За Волгой для нас земли нет!

В 1943-м, окончив офицерские курсы, Зайцев стал преподавать в школе снайперов, написал два учебника, но сидеть в тылу сил не было, он снова попросился на фронт, и был назначен командиром подразделения миномётчиков. Своё снайперское мастерство Зайцев применил и тут, ведь отличий было не так уж и много: нужно было грамотно выбрать позицию для миномётного расчёта и корректировщика, и после нескольких выстрелов быстро перебраться на другую заранее подготовленную позицию. Зайцев освобождал Донбасс и Одессу, форсировал Днепр.

Когда война закончилась, Зайцев перебрался в Киев. Окончив институт, он работал директором швейной фабрики и директором техникума.

Спасибо за внимание! Подписывайтесь на канал и жмите на большой палец вверх!