На территории Казахстана протекает река Чарын, русло которой пролегает по дну глубокого каньона. Вид сверху захватывает дух и вызывает головокружение, а если смотреть снизу вверх, то над головой остается лишь узкая лента неба, напоминающая еще одну, небесную, реку.
Крепость из красного камня
Стены ущелья, сложенные из красного песчаника, поражают своими формами. Ветер и вода создали здесь причудливые выступы, ниши, башенки и целые минареты, напоминающие древние крепости с дозорными башнями. Эхо речного потока, отражаясь от скал, рождает странные звуки: кажется, слышны голоса, топот коней и звон оружия. Ирония в том, что это одно из самых мирных, спокойных и безлюдных мест.
Безлюдных, но отнюдь не мертвых!
Скрытая жизнь каньона
Каньон полон жизни, хотя многие его обитатели предпочитают оставаться невидимыми. Дикие козлы чаще выдают себя звоном камешков под копытами, чем показываются на глаза. Горные куропатки-кеклики могут оглашать скалы кудахтаньем, оставаясь при этом мастерски замаскированными — их не видно, хоть глаза прогляди. Ночью мир меняется: из щелей выползают ядовитые щитомордники (родственники американских гремучников), а филин издает глухие звуки, похожие на удары в пустую бочку.
Вдоль реки растут удивительные туранги — разнолистные тополя, у которых листья на верхних и нижних ветках совершенно разные. На сухих полянках, окруженных пушистыми кустами саксаула и тамариска, кипит жизнь песчанок. Их норки соединены сетью тропинок — зверьки активно ходят в гости друг к другу.
Над водной гладью с трелью проносится кулик-перевозчик, а высоко в небе, пересекая «небесную реку», парит черный гриф.
Цветы, ящерицы и птицы
Под ногами расцветают нежные розовые цветы, но они обманчивы — их лепестки колючи, как у ежей! Здесь можно встретить степную агаму. Вблизи эта ящерица вовсе не серая: самки украшены рыжими пятнами, а у самцов — синие бока и настоящая «борода».
Большая удача — увидеть молодого филина-слетка. Ростом с курицу, он ведет себя крайне воинственно: шипит, распускает крылья, щелкает клювом и сверкает огромными оранжевыми глазами.
В нишах скал гнездятся канюки. На охоту они улетают в степь, но для гнезда всегда выбирают безопасные скалы. Ночью каньон наполняется умиротворяющими криками совы-сплюшки: «Сплю! Сплю! Сплю!». Но это обман — птица не спит, а высматривает добычу, и может заманить любопытного глубоко в лес.
Особого внимания заслуживают щурки — яркие птицы тропической внешности с золотистой спинкой и лазоревой грудью. Их легкий полет и нежное щебетание заставляют подолгу замирать, наблюдая за ними. А если услышите крики «Нету — тут! Нету — тут!», знайте — это удод с его роскошным хохлом, похожий в полете на пеструю бабочку. Его гнездо где-то рядом, в скальной нише.
Тревожные перемены
Долгое время уединенность защищала каньон. Четверть века назад, когда я впервые посетил это место, следов человека не было вовсе. Но десять лет назад картина изменилась. Под древними турангами чернели кострища, стволы были опалены, а среди кустов валялся мусор: банки, бумага, пластик и стреляные гильзы.
Дикое население поредело. Пропал звон копыт козлов, реже слышались кеклики, исчез кулик-перевозчик, не стало грифа в небе, а гнездо канюка опустело.
Что там сейчас — неизвестно. Остается надеяться, что внутренний сторож, который должен быть в каждом из нас, сработал и помог сохранить этот уникальный памятник дикой природы для будущих поколений.