После Бородинского сражения перед русским командованием встал сложный выбор: дать новое генеральное сражение под Москвой или сохранить армию. Фельдмаршал Михаил Кутузов, взвесив все риски, принял стратегически верное, но тяжелое решение. Он считал, что потеря Москвы не означает поражения России, а вот сохранение боеспособной армии — первостепенная задача. «Самым фактом оставления Москвы мы подготовим гибель для неприятеля», — заявил он, отдав приказ об отступлении. Этот шаг стал началом хитроумного плана, превратившего древнюю столицу в смертельную ловушку для захватчиков.
Вступление в пустой город
2 сентября 1812 года русские войска организованно покинули Москву, за ними ушли и почти все жители. В тот же день с противоположной стороны в город вступила Великая армия Наполеона. Император, стоя на Поклонной горе, с нетерпением ожидал традиционной делегации городских старшин с символическими ключами от ворот. Однако его ждало горькое разочарование — никто не вышел встречать «победителей». Это молчание пустого города стало первым тревожным звонком.
Оккупанты маршировали по безлюдным улицам под грохот барабанов и скрип обозов. Зловещая тишина и отсутствие жизни в огромном городе угнетающе действовали на солдат, привыкших к триумфальным вступлениям в европейские столицы.
Тарутинский манёвр и партизанская война
Между тем отступившая русская армия не была разбита. Совершив искусный фланговый манёвр, стотысячное войско Кутузова заняло исключительно выгодную позицию у села Тарутино, юго-западнее Москвы. Эта позиция позволяла контролировать стратегические направления и, что самое главное, перекрывала французам путь на юг — в плодородные, нетронутые войной губернии, где можно было пополнить запасы продовольствия и фуража. Армия Наполеона оказалась в своеобразной оперативной изоляции. Активность русских партизанских отрядов, таких как отряды Дениса Давыдова и крестьянские дружины, полностью парализовала снабжение французов из окрестных деревень. Войска захватчиков очень скоро начали голодать. Как позже писал Кутузов, «уже под Москвою неприятель вынужден был питаться кониной».
Огненная ловушка и мародёрство
Положение французов в самой Москве быстро стало катастрофическим. В городе вспыхнули пожары, которые, несмотря на жестокие расстрелы поджигателей, бушевали целую неделю, уничтожив большую часть деревянных построек и запасов. Москва превратилась в гигантский костёр. Одновременно в деморализованной армии начался беспрецедентный разгул мародёрства. Солдаты грабили оставленные дома, магазины и, что вызвало особое возмущение, храмы и соборы.
По приказу Наполеона были организованы специальные команды для вывоза ценностей в Париж в качестве трофеев. Как вспоминали участники тех событий, снимали драгоценные оклады с икон, вывозили церковную утварь из золота и серебра. Была предпринята попытка снять позолоченный крест с колокольни Ивана Великого — самого высокого сооружения в городе, а также двуглавых орлов с башен Кремля. Эти действия лишь усилили ненависть местного населения и окончательно подорвали дух самой французской армии, превратившейся из дисциплинированного войска в сборище мародёров.
Осознание поражения
Наполеон, оказавшись в сожжённом, враждебном городе, без снабжения и с разложившейся армией, наконец осознал всю глубину ловушки. Москва, которую он надеялся использовать как козырь для мирных переговоров, стала его тюрьмой. Дальнейшее пребывание здесь вело к неминуемой гибели всей кампании. Не дождавшись предложений о мире от Александра I, французский император был вынужден отдать приказ, которого так боялся, — об оставлении Москвы. Решение Кутузова отступить, пожертвовав древней столицей, оказалось гениальным стратегическим ходом, предопределившим начало конца Великой армии и поворот в ходе Отечественной войны 1812 года.