Мне было всего шесть лет, когда наша семья проводила лето в небольшой деревушке, приютившейся у берега большого пруда, поросшего по краям осокой. За водной гладью, как в зеркале, отражался величественный Петергофский дворец с его колоннами, купающийся в солнечных лучах. С наступлением осени мы вернулись в Ленинград, но по выходным часто навещали нашу гостеприимную хозяйку, тетю Машу, в Старом Петергофе, у которой мы снимали комнату. Однажды в начале сентября мы всей семьей отправились на утреннюю прогулку по тенистым аллеям старинного парка. Внезапно отец воскликнул от удивления и бросился к плакучей березе, стоявшей на краю аккуратного газона. Под деревом я увидел невероятное зрелище: два огромных гриба. Их золотистые, еще влажные от росы шляпки сияли на солнце, а крепкие, пузатенькие ножки были ослепительно белыми.
Радость открытия и скептицизм прохожих
— Да это же белые грибы! — с радостью воскликнул отец и осторожно, чтобы не повредить, начал извлекать их из ковра опавшей листвы.
— Какие же они красавцы! — восхищенно произнесла мама, внимательно разглядывая грибы.
Меньший гриб отец доверил нести мне, а второй взял сам, держа его за ножку, словно торжественный факел. Наши необычные трофеи привлекали внимание редких прохожих. Некоторые подходили ближе, чтобы рассмотреть гигантов. Один пожилой мужчина, представившийся заядлым грибником, признался, что никогда не встречал белых грибов таких размеров и с нежностью погладил шляпку самого крупного.
Однако находились и скептики, которые с уверенностью заявляли, что столь крупные грибы наверняка кишат червями и их стоит выбросить. Мы не стали прислушиваться к этим язвительным замечаниям и с чувством гордости продолжили нести свою удивительную находку домой.
Триумфальное взвешивание и семейный ужин
Дома мы первым делом взвесили грибы на безмене. Большой гриб-рекордсмен потянул на целых два с половиной килограмма, а его собрат — на немногим более килограмма. Чтобы развеять все сомнения, отец разрезал оба гриба. К нашей общей радости, ни в шляпках, ни в плотных ножках не оказалось ни единой червоточины.
— Вот видишь, а нам советовали их выбросить! — с легким возмущением сказала мама.
— Да это просто зависть, — с улыбкой ответил отец.
Из меньшего гриба мама сварила невероятно ароматный суп, а чемпиона отец нарезал на ломтики и высушил в духовке, чтобы надолго сохранить этот вкус.
Рождение страсти, которая прошла через всю жизнь
Эта история с грибами из парка Старого Петергофа надолго осталась в нашей семейной памяти. Возможно, именно тогда во мне и проснулась страсть к собирательству этих удивительных даров природы — шляпочных грибов. В становлении меня как грибника огромную роль сыграл отец, сам опытный и знающий любитель тихой охоты. Он научил меня не только безошибочно определять виды грибов и понимать, в каких именно уголках леса они предпочитают расти, но и находить эти грибные островки — будь то в глухой чаще или в небольшой, скромной рощице.
Моя профессия топографа-геодезиста позволила мне объездить самые разные уголки нашей необъятной страны. И где бы я ни находился — будь то топографическая съемка или геодезические работы, — я всегда использовал малейшую возможность, чтобы с корзинкой в руках побродить по лесам и перелескам, пополняя свою коллекцию новыми находками из грибного царства.