Против культа смерти: почему старение — это болезнь, которую можно и нужно лечить

Для просмотра видео не требуется VPN, стабильная скорость интернета.

Мой день рождения — 19 мая. Вы можете поздравить меня в комментариях, но для меня это не только праздник, но и напоминание: я приближаюсь к смерти. Недавно я пожаловалась врачу на здоровье и спросила: «Доктор, я умираю?» Он ответил: «Конечно!» Это был медицинский юмор. «Мы все умрем, но не волнуйтесь, вы умираете с нормальной скоростью». Однако есть и хорошая новость: выходит моя пятая книга, посвященная старению, под названием «Бессмертие или смерть». В ней я исследую, почему мы стареем и как наука может остановить этот процесс. Пока книга доступна на английском, но я работаю над переводом.

Старение — главный убийца человечества

Старение — основная причина смерти людей. Представьте, если бы мы не старели: сколько книг прочесть, друзей завести, стран посетить, игр сыграть, романтических отношений пережить, видео посмотреть! Мои коллеги часто говорят: «Жизнь так прекрасна. Хотели бы вы ее продлить?» Однако, к удивлению, не все согласны. В одном исследовании на вопрос: «Приняли бы вы эликсир жизни?» — только треть ответила «да». Многие скептически относятся к радикальному продлению жизни, задаваясь вопросами: возможно ли это и нужно ли? Давайте разберем самые популярные аргументы против бессмертия.

Культура смерти в искусстве и мифах

Наша культура — фильмы, книги, религии — пропитана идеей, что стремление к бессмертию развращает. В «Портрете Дориана Грея» жажда вечной молодости превращает героя в убийцу. В «Видоизмененном угле» бессмертные «Мафусаилы» мучают людей от скуки. Кощей Бессмертный, Волан-де-Морт — все они злодеи, чье бессмертие связано со страхом и насилием.

Даже клонирование в научной фантастике — это антиутопия, где органы выращивают для богатых, как в «Не отпускай меня» Исигуро или «Острове» Майкла Бэя. В «Аватаре: Путь воды» капиталисты убивают китов ради омолаживающего нектара. В сериале «Лексс» канцлер-паразит цепляется к телу девушки, чтобы выжить.

Есть и положительные бессмертные персонажи — Доктор Кто, Гэндальф, эльфы, — но они обычно рождаются такими и не стремятся к вечной жизни. Для некоторых, как Дэдпул, бессмертие — бремя. Арвен отказывается от него ради любви, Николя Фламель — с облегчением. Дамблдор говорит: «Смерть — как лечь спать в конце долгого дня». Культура учит: долгая жизнь — удел трусов или злодеев, а «хорошая смерть» — идеал.

Философские оправдания смерти

Многие интеллектуалы оправдывают смерть. Ричард Докинз заявляет: «Мы все умрем, и это делает нас счастливчиками. Большинство людей не умрут, потому что никогда не родятся». Марк Твен шутит: «Я не боюсь смерти. Я был мертв миллиарды лет до рождения, и меня это не тревожило». Монтень считает страх смерти глупым, а Эпикур утешает: «Когда мы есть, смерти нет; когда смерть приходит, нас нет».

Стив Джобс в Стэнфордской речи воспевал смерть: «Смерть — лучшее изобретение жизни. Она очищает старое, открывая путь новому». Но я не понимаю эту интеллектуальную гимнастику. Если смерть не страшна, зачем развивать медицину? Если небытие не ужасно, почему убийство — преступление? Эти аргументы похожи на психотерапевтические приемы для снижения тревоги, но мало кто в них верит по-настоящему. Люди избегают смерти любой ценой. И я признаюсь: я не хочу умирать. Это нормально и разумно.

Личный опыт: осознание смертности

Я осознал свою смертность в детстве, играя в песочнице. Отец, биолог, объяснил мне энтропию: каждое мое действие тратит энергию, увеличивая беспорядок во Вселенной. Однажды Вселенная достигнет равновесия, и ничего интересного не будет. Я представил это небытие — и с тех пор борюсь с ним. Звук песка, скатывающегося с горки, стал для меня символом смерти Вселенной.

Эта экзистенциальная угроза определила мою карьеру. Я поступил на биоинженерию в МГУ, мечтая победить старение. Тогда жизнь круглого червя продлили в 2 раза, а к моему выпуску — уже в 10. Прогресс налицо.

Смерть не неизбежна: научный оптимизм

Многие считают, что бессмертие невозможно. Но Ричард Фейнман отмечал: «В биологии нет признаков, что смерть неизбежна. Это говорит, что она не неизбежна, и мы найдем „лекарство“ от этой болезни». И он прав: некоторые животные почти не стареют — гидра, медуза Turritopsis dohrnii, голый землекоп, устойчивый к раку. Старение распространено, но не неизбежно.

Орвилл Райт говорил: «Если птицы могут летать, почему я не могу?» Биолог мог бы сказать: «Если гидра не стареет, почему я не могу?» Более того, в нас уже есть частичное бессмертие: яйцеклетка и сперматозоид — потомки клеток родителей, которые «омолаживаются» при оплодотворении. В 2012 году Синья Яманака получил Нобелевскую премию за перепрограммирование взрослых клеток в эмбриональные, открыв путь к регенерации органов.

Эксперименты на мышах показывают прогресс: генная терапия увеличила их жизнь на 25–50%. Если перенести это на людей, можно продлить жизнь на 40 лет одним лечением. Активист Обри ди Грей говорит: если каждые 10 лет мы будем продлевать жизнь на 10 лет, то обгоним старение. Уже сейчас люди живут почти вдвое дольше шимпанзе — эволюция заложила потенциал долголетия. Нам нужно лишь продолжить её работу с помощью редактирования генов.

Опровержение аргументов против бессмертия

Культ смерти порождает мифы. Разберем их:

«Бессмертие скучно, смерть предотвращает перенаселение». Это стокгольмский синдром: мы оправдываем смерть, чтобы не действовать. Но опросы показывают: если обещать не просто долгую жизнь, а здоровое бессмертие, более 80% согласны жить 120+ лет, а половина — вечно. Важно: продление жизни невозможно без продления молодости. Старение убивает — это главная причина смертей на Земле, больше всех войн вместе взятых. Если бы мы перестали стареть в 30 лет, средняя продолжительность жизни составила бы 1000 лет. Борьба со старением — самый эффективный способ спасти жизни.

Миф о перенаселении

Страх перенаселения не оправдан. В странах с высокой продолжительностью жизни рождаемость ниже. Если условия жизни хорошие, люди заводят меньше детей. Даже в гипотетическом мире без смертей, если каждая пара будет иметь в среднем одного ребенка, популяция стабилизируется на удвоенном уровне. Проблема не в долголетии, а в высокой рождаемости, но никто не предлагает бороться с перенаселением, запрещая рожать.

Неравенство и диктаторы

«Бессмертие будет только для богатых, а диктаторы станут вечными!» Но технологии со временем дешевеют, как смартфоны. Лечение старения нужно всем, что удешевит его. Генная терапия, подобная вакцинам от COVID-19, может стать массовой.

Что касается диктаторов: они часто передают власть по наследству (как в Северной Корее), так что смерть не всегда решает проблему. В мире без старения люди, возможно, активнее боролись бы за изменения, ведь жизнь стала бы ценнее. Физик Эндрю Стил предлагает мысленный эксперимент: представьте, что старения нет, но появился учёный, предлагающий «решение» всех проблем — болезнь, которая убивает всех с возрастом. Звучит как план суперзлодея! Социальные проблемы нужно решать социальными методами, а не ограничивать медицину.

«Старение естественно»

Но естественно также болеть сифилисом или оспой. Природа не божество с планом — она меняется. Люди уже увеличили продолжительность жизни благодаря медицине. Старение опасно именно своей медленностью: как вор, который крадёт наше здоровье по кусочкам, пока не останется ничего. Нил Гейман писал: «Смерть наступает медленно... множество маленьких смертей завершаются одной большой».

Реализм и пути борьбы со старением

Важно избегать излишнего оптимизма: некоторые десятилетиями обещают лекарство за 5 лет. Старение сложно,可能需要 комбинация методов. Пока нет доказанного «лекарства», но наука движется вперёд. Опасность также в индустрии БАДов, которые продают как панацею (например, история Брайана Джонсона). Это отвлекает ресурсы от настоящих исследований.

Здоровый образ жизни важен, но даже он не позволит прожить больше 120 лет. Только наука — клеточная и генная терапия — может решить проблему. Уже есть успехи: терапия VEGF улучшает кровоснабжение, удлинение теломер и рост мышц продлевают жизнь мышам, снижение воспаления тоже даёт эффект.

Регенеративная медицина уже помогает людям: при болезни Паркинсона вводят предшественники дофаминовых нейронов. Это лишь начало.

Вместо того чтобы наблюдать, как близкие угасают, мы должны поддержать науку. Человечество побеждало болезни, создавало технологии, летало в космос. Старение — следующее препятствие. В XXI веке у нас есть инструменты: редактирование генов, очистка клеточного мусора, защита ДНК. Мы можем программировать клетки, как переключатели. Это даёт надежду.

P.S. Книга вышла на английском, потому что наука интернациональна. Победа над старением — задача всего человечества. Я работаю над переводом для русскоязычных читателей.

Книга: https://www.amazon.com/dp/B0F93JBB1D

Подпишитесь в соцсетях: Boosti / Patreon / Instagram / Telegram / Youtube / TikTok

Моя летняя поездка: ? Билеты и подробности здесь.

Больше интересных статей здесь: Новости науки и техники.

Источник статьи: Отменим культуру смерти.