В комментариях к посту о нашей экспедиции в Хотылёво накопилось много вопросов. На самые интересные из них ответили антрополог Станислав Дробышевский и научный журналист Александр Соколов.
На фото Станислав Владимирович показывает юной участнице экспедиции Кате, как правильно работать с археологическим инструментом.
Почему в раскопе глина? Неужели неандертальцы жили прямо на ней?
Сам слой глины залегает значительно глубже, под пластами мелового песка. Неандертальцы в этой местности обитали как раз на песчаных речных пляжах. Древняя почва, в которой и находят орудия труда, находится выше.
Как вообще нашли стоянку, если она была скрыта под 20-метровой толщей земли?
Секрет в расположении памятника. Он находится недалеко от реки Десны, русло которой за тысячелетия сместилось. Вода постоянно подмывала и разрушала высокие берега. Во второй половине XX века кремнёвые артефакты стали буквально «выпадать» из обрывов. В 1968 году брянский историк Фёдор Заверняев обратил на это внимание и провёл первые исследования. С тех пор здесь, с перерывами, работают археологи. То, что вы видите на снимке, — это один из раскопов, «спускающийся» по высокому речному берегу. Подобных участков здесь несколько.
Можно ли приехать в экспедицию волонтёром?
Да, такая возможность есть. Для этого нужно заранее связаться с организаторами и обсудить детали. Важно договориться, а не приезжать неожиданно — «не падать на голову археологам без предупреждения».
Куда девается сотни кубометров вынутого грунта?
Обычно его складывают в специальную «отвальную кучу» или свалку рядом с раскопом. Грунт выкидывают лопатой, переносят в вёдрах или тазах, а затем перевозят на тачке. По мере углубления раскопа и приближения к этой куче, её периодически приходится отбрасывать дальше — это одна из самых трудоёмких задач в археологии. Не зря существует профессиональная шутка: «Кто отвалы не двигал, тот и раскопок не видал». В Хотылёво часть грунта просто сбрасывают вниз по склону в болото, так как раскоп находится на самом краю берега.
Иногда отвалы просеивают повторно, чтобы не упустить возможные находки. Например, грунт могут промывать, а на раскопках средневековых памятников — проверять с помощью металлодетекторов. Так иногда находят потерянные наконечники стрел или другие мелкие предметы, пропущенные при первичной ручной сортировке.
Что делают с тысячами найденных каменных орудий? Их что, закапывают обратно?
Нет, это недопустимо. Весь найденный материал тщательно документируется, отправляется в лабораторию для изучения, а затем на постоянное хранение в организацию, проводившую раскопки. Да, многие находки — это просто кремнёвые отщепы, отходы производства орудий.
Обратите внимание: Некоторые вопросы связанные с принятием Ислама.
Но даже они несут огромную научную ценность. Без такого «рядового» материала невозможен статистический анализ: сколько предметов, где и в каком контексте найдено. Это позволяет делать выводы о видах деятельности на стоянке, интенсивности её использования, культурной принадлежности древних обитателей. Сегодня учёные умеют извлекать информацию из мельчайших деталей, например, из микроскопических остатков органики на поверхности орудий. А повторное закапывание находок только введёт в заблуждение будущих исследователей.
Опасны ли такие глубокие раскопы? Были ли случаи, когда археологи проваливались?
В Хотылёво подобных инцидентов не случалось. Хотя в археологии вообще без риска не обходится. При нарушении техники безопасности возможны обрушения грунта (такие моменты, кстати, хорошо показаны в художественном фильме «Копатель»). Бывают травмы, сложности при работе в тесных погребальных камерах. Археология — это не только романтика, но и тяжёлый, иногда опасный труд.
Как организовано питание в полевом лагере?
В Хотылёво с этим полный порядок! После нескольких часов работы с лопатой горячий обед — это настоящая награда. Повара кормят сытно и вкусно, на полдник дают печенье и яблоки. В разных экспедициях бывает по-разному: где-то готовят на костре, носят воду и дрова, но здесь кухня стационарная и очень хорошая.
Правда ли, что археологи — это просто легализованные грабители?
Это абсолютный миф. Конечно, методы археологов XVIII–XIX веков порой мало отличались от мародёрства: они использовали динамит, не составляли планов раскопок, а всё «неценное» (кости, керамику) попросту выбрасывали. Современная археология — это высокоточная наука. Археологи понимают, что памятник можно раскапывать только один раз, и относятся к каждому слою и находке с максимальной бережностью. Именно поэтому раскопки теперь длятся так долго. Каждый артефакт аккуратно расчищается, его положение тщательно фиксируется на плане. Изучается не только сам предмет, но и окружающий его грунт, микроостатки растений, пыльца, зола. В конце сезона памятник консервируют — укрывают плёнкой, маркируют и закапывают, чтобы продолжить работы в следующем году. Разве это похоже на грабёж?
P.S. Хотите поддержать наш просветительский проект? Вы можете сделать пожертвование через платформу Пикабу.
[Моя] Наука Популярный Станислав Дробышевский Ученый Наука Длинная статья 83Больше интересных статей здесь: Новости науки и техники.
Источник статьи: Копаем неандертальцев и отвечаем на ваши вопросы.