Бывают в жизни события, которые в момент происхождения кажутся обыденными, но спустя годы раскрывают свой истинный смысл. Порой понимание приходит через череду воспоминаний и озарений, а некоторые истории с самого начала поражают воображение и продолжают удивлять с течением времени, обрастая новыми деталями и связями.
Срочная поездка и неожиданная встреча
В семидесятые годы, работая в студенческом строительном отряде, я получил тревожное известие из дома и был вынужден срочно выезжать. Как сообщение нашло меня в глухом уголке нечерноземья, где не было не только телефона, но порой и электричества — это отдельная история. Поездка началась с неудач: я поранил руку, денег было всего десять рублей, а единственная чистая одежда — форма. Добравшись до станции, я увидел, как уходит последний поезд. Перспектива ночевать на полустанке была малоприятной.
Старик в дореволюционном саквояже
Поднимаясь на насыпь, я помог пожилому человеку с тростью. Он выглядел «старорежимно»: косоворотка, пиджачок, хромовые сапоги, ермолка на голове. Его саквояж явно был дореволюционным. Я чувствовал себя неважно — знобило, кружилась голова, поэтому на вопрос старика о моих планах ответил недружелюбно. Однако он, посмотрев на меня удивительно ясными глазами, предложил неожиданный вариант: сесть на московский поезд, который шёл через час, а в столице пересесть на прямой до дома. Я удивился его знанию маршрутов, но согласился — так выходило быстрее.
Диагноз в движущемся вагоне
Дальнейшее помнится как в тумане. Проводница, взглянув на старика, провела нас в пустое купе. Меня сильно трясло. Дед пощупал мой лоб, проверил пульс, осмотрел замотанную распухшую кисть и без колебаний заявил: «У тебя флегмона и начинается заражение крови. Если не почистить — можешь умереть через несколько часов». Я пытался возражать, что нужно доехать до больницы, но старик настаивал: времени на раздумья нет, он врач и может помочь прямо здесь. Он представился, упомянув, что хоть и не Лука, но это его специализация.
Операция в пути
Я поверил ему сразу. Из своего саквояжа он достал коробку с инструментами, бинты, пузырьки, расстелил медицинскую клеёнку. В качестве анестезии предложил полстакана водки, который я и выпил. Помню боль от разреза, ощущение, как что-то течёт, затем ковыряние в ране и порошок, который он всыпал внутрь. Боль быстро утихла. Старик запретил мне засыпать, постоянно тормошил, заставлял отвечать на вопросы и проверял температуру каждые полчаса.
История врача-странника
В разговоре он рассказал удивительную историю своей жизни. Родился в семье священников в Ярославской губернии ещё в XIX веке, окончил семинарию, но церковное поприще его не привлекло. В начале XX века поступил на медицинский факультет Московского университета, учился у выдающихся учёных. Работал в земской больнице, учился хирургии у знаменитого врача и священника — Луки. Прошёл через Первую мировую войну, работая в госпиталях, затем через революцию и Гражданскую войну. В советское время был лишён дома, работы, подвергался репрессиям. В конце 1930-х годов, после создания Рыбинского водохранилища, его родные места ушли под воду, и он стал «бродячим попом» — странствующим священником и врачом. Пережил оккупацию во время Великой Отечественной войны, лечил и партизан, и мирных жителей, не раз оказываясь под подозрением и у той, и у другой стороны. После войны снова попал в лагеря, где снова встретил того самого Луку, теперь уже как сокамерника. Освободившись в 1956 году, работал на Колыме, а затем пешком дошёл от Владивостока до Москвы, продолжая по пути лечить и совершать требы. Теперь, в возрасте ста лет, он направлялся в Сергиев Посад (тогда Загорск), в Троице-Сергиеву Лавру, надеясь найти там приют и духовное утешение.
Крестик как связующая нить
Утром, бегло осмотрев меня, старик сказал, что опасность миновала, но к врачу сходить стоит. Он сунул мне что-то в руку и растворился в толпе. Я даже не спросил его имени. В ладони остался кривоватый алюминиевый крестик. Спустя много лет, в конце девяностых, я рассказал эту историю в дороге своему знакомому водителю и показал тот крестик. Он резко затормозил, достал такой же и сказал, что этот крестик принадлежал его отцу, бывшему партизану, который всю жизнь искал священника, спасшего ему жизнь.
Больше интересных статей здесь: История.
Источник статьи: Врачь от бога.