Великий визирь Сокколу Мехмед-паша, уставший от государственных дел, сидел в своих покоях, пытаясь заглушить душевную боль работой. Подготовка к торжествам по случаю обрезания внуков Михримах-султан временно отвлекала его от тягостных мыслей, но в минуты покоя они возвращались с новой силой. Его мучил поступок жены, Эсмахан-султан, которая, едва разведясь с ним в третий раз, тут же стала просить Феридуна-бея занять освободившееся место. Было горько и стыдно: султанша не постеснялась заявить, что Сокколу немощен в постели, но самая глубокая рана была нанесена иным — она позволила сыну Феридуна жить во дворце Кадырга с отцом, тогда как его собственный сын, Курд-бей, такой чести удостоен не был.
Ультиматум в брачное утро
Воспоминания вернули Сокколу к самому началу их брака. Уже в первое утро после свадьбы Эсмахан, не отпустив служанок, завела разговор, который тяготил её прошлое мужа. Она заявила, что их жизнь изменилась навсегда, и, хотя паша клялся в верности и благодарил за честь быть её супругом, Эсмахан выдвинула условие. Говоря о будущих детях, которые будут носить титул султанзаде и продолжать османскую династию, она потребовала полностью исключить из их жизни сыновей Сокколу от предыдущих браков. По её словам, такое родство было бы унизительным для неё и могло породить зависть. Она настаивала, что Курд-бей, уже взрослый, создаст свою семью, а младшие сыновья, будучи малы, забудут отца и будут воспитаны новыми мужьями их матерей.
Сокколу тогда надеялся, что в молодой султанше говорит ревность и она одумается. Однако Эсмахан родила двоих сыновей — Ибрагима и Хасана — и не отступила от своего решения. Великому визирю во второй раз в жизни пришлось оставить свою семью ради династии Османов.
Эхо далёкой юности: первая потеря
Мысли паши перенеслись в далёкое прошлое, в сербскую деревушку Соколовичи, где он родился под именем Бойко. По системе девширме из семьи должны были забрать младшего брата, Макария, но 18-летний Бойко добровольно вызвался пойти вместо него, чтобы тот познал родительскую любовь. Уходя, он не оглядывался, запомнив лишь полные слёз глаза брата, похожие на лик младенца Иисуса на иконе в их доме.
Спустя тридцать лет, став могущественным беллербеем Румелии, Мехмед-паша вернулся в родные места. Бродя по знакомым улицам, он встретил свою постаревшую мать. Увидев родинку на щеке незнакомца, женщина уронила корзину с крашеными яйцами и прошептала: «Бойко...». В тот момент великий визирь снова стал тем сербским мальчиком, разрыдался в объятиях матери, слыша её шепот: «Мой Бойко вернулся».
Кошмар, ставший явью
Вернувшись из воспоминаний после стука в дверь (слуга предлагал ужин, но паша отказался), Сокколу лёг спать, надеясь на отдых перед заседанием дивана. Ночью ему приснилась битва при Сигетваре, где он сражался бок о бок с отважным Курд-беем. Гордость за сына смешивалась с грустью от предстоящей разлуки. Во сне Курд-бей был смертельно ранен, и паша проснулся в холодном поту, успокаивая себя, что это лишь дурной сон — сын вернулся с войны целым и невредимым.
После заседания дивана и встречи с султаном Мехмед-паша отправился к сыну, предвкушая тихий вечер. Однако на стук долго не открывали. Когда служанка наконец распахнула дверь, её лицо было искажено ужасом. Вбежав в дом, Сокколу увидел страшную картину: несколько тел, накрытых белой тканью. Сорвав простыни, он обнаружил безжизненное тело Курд-бея. От вопля «Кто? За что?!» сердце великого визиря не выдержало, и он рухнул рядом с сыном.
Вы прочитали 92 главу второй части романа «Валиде Нурбану».
Первая глава по ссылке тут, это логическое продолжение сериала «Великолепный век»
Еще по теме здесь: История.
Источник: Как Эсмахан-султан поступила с сыновьями Сокколу Мехмед-паши от первых двух браков.