Сырой, плотный туман медленно окутал заросли саксаула, превратив знакомый пейзаж в таинственный, почти мистический мир. Каждая веточка и сучок покрылись тончайшим сизым налетом, напоминающим узор, который оставляет дыхание на холодном стекле.
Рождение воды из воздуха
Постепенно этот налет начал оживать, превращаясь в отдельные, сверкающие бисеринки влаги. Капельки, словно живые существа, начинали расти, соприкасаясь друг с другом. Они сливались воедино, подобно каплям ртути, образуя на ветвях причудливые серебристые потоки. Эти миниатюрные ручейки, скользя по коре, продолжали поглощать новые капли, увеличиваясь и становясь похожими на раздувающихся светящихся змей.
Созвездия в каплях и жажда ящерицы
В результате на каждом сучке саксаула загорелось собственное, блистающее созвездие из капель. Одна из таких «звезд», размером с горошину, повисла прямо перед мордой степной агамы. Внутри этой идеальной сферы отразился целый мир, но перевернутый с ног на голову: небо легло вниз, а песчаные дюны оказались наверху. Ящерица долго и задумчиво наблюдала за этой дрожащей, хрупкой вселенной. Наконец, она медленно раскрыла свои сухие от пустынного зноя губы и одним точным движением проглотила каплю. Так серебряный жук-вселенная исчез, утолив жажду пустынного жителя и завершив удивительный цикл превращения тумана в воду, а воды — в жизнь.