В начале 1970-х годов произошёл ключевой перелом в стратегии западных правящих кругов, отразивший глубокие сдвиги в положении финансового капитала. Исчерпав выгоды от неокейнсианской модели с её экономикой массового потребления и социальным государством, транснациональный бизнес пришёл к выводу, что дальнейшее государственное регулирование начинает угрожать его интересам. «Социальная экономика» с элементами демократического участия стала восприниматься как препятствие для укрепления власти крупного капитала.
Возвышение МНК и новая угроза национальному суверенитету
Именно в этот период широкое распространение получил термин «мультинациональные компании» (МНК), обозначивший новую реальность. Проблема заключалась не только в противоречии интересов МНК и национальных экономик, но и в том, что корпорации целенаправленно формировали вокруг себя особую социальную среду и пропагандистские модели. Эти модели культивировали стили потребления и поведения, враждебные традиционным национальным сообществам, и зона их влияния неуклонно расширялась.МНК открыто провозгласили себя главными субъектами мировой экономики и политики, чьё влияние превосходит мощь отдельных государств. Связывая свои разбросанные по миру филиалы в единую сеть, они стали рассматривать государственные границы и национальные правительства как помехи для своей деятельности. Это привело к разработке в недрах транснациональных корпораций и банков (ТНК и ТНБ) стратегии, нацеленной на демонтаж системы национально-государственного регулирования и переход к так называемому «открытому глобальному обществу».
Идеологическое обоснование: Римский клуб и «пределы роста»
Речь шла не о совершенно новых идеях, а о придании публичной, научно обоснованной формы концепциям, ранее обсуждавшимся в узких кругах, таких как «Круглый стол» или Бильдербергский клуб. Ключевой стала пропаганда идей «единого человечества», «мира без границ», глобальной валюты и абсолютной свободы движения капиталов, товаров и людей. Для дискредитации государства как регулятора и оправдания глобализации были задействованы влиятельные мозговые центры.Главную роль среди них сыграл Римский клуб, основанный в 1968 году при активном участии Дэвида Рокфеллера и итальянского промышленника Аурелио Печчеи. Клуб, объединивший мировую политическую, финансовую и научную элиту, поставил задачу привлечь внимание к глобальным проблемам через авторитетные научные доклады. Анализируя противоречия между обществом и природой, а также внутри самого общества, эксперты клуба убеждали мир в том, что индустриальная цивилизация из-за истощения ресурсов и перенаселения находится на грани коллапса.
Наиболее известным стал доклад 1972 года «Пределы роста», подготовленный группой учёных из Массачусетского технологического института. В нём моделировалась неизбежная экологическая и экономическая катастрофа к началу XXI века и предлагался переход к модели «нулевого роста» — то есть замораживанию промышленного развития и контролю над численностью населения. Эта мальтузианская повестка, представленная как результат строгого компьютерного моделирования, совершила переворот в общественном сознании, научно обосновывая необходимость глобального управления и идею «золотого миллиарда».
Создание кризиса: нефтяной шок и отмена золотого стандарта
Однако для слома старой модели требовалось не только теория, но и реальный шок. Таким спланированным потрясением стало резкое повышение цен на нефть в 1973 году, спровоцированное корпоративными элитами. Нефтяной кризис вызвал первый за послевоенные годы серьёзный экономический спад на Западе. Ему предшествовало ещё более важное событие — отмена в 1971 году президентом Никсоном привязки доллара к золоту. Это превратило доллар в мировую резервную валюту, которую можно было печатать в неограниченных количествах, скупая на неё реальные активы по всему миру. «Нефтяной» стандарт сменил золотой, обеспечив мощный приток нефтедолларов в американскую финансовую систему.Кризис 1970-х был использован для жёсткой критики кейнсианства и социального государства. В 1973 году была создана Трёхсторонняя комиссия под руководством Збигнева Бжезинского, продвигавшая неолиберальную повестку. В её документах, например, в отчёте Сэмюэля Хантингтона «Кризис демократии» (1975), открыто выражалась озабоченность «избытком демократии» и оправдывалось применение властью секретности и обмана.
Европейский проект и наднациональные структуры
Параллельно консолидировался европейский крупный бизнес. В 1983 году был создан Европейский круглый стол промышленников (ЕКС), объединивший главы таких корпораций, как Siemens, Shell, Nestle, Fiat и других. Эта группа давления сыграла ключевую роль в формировании единого европейского рынка. Идеи ЕКС легли в основу Единого европейского акта 1986 года и Маастрихтского договора 1992 года, создавшего Европейский союз и заложившего основы для введения единой валюты. Примечательно, что при подготовке валютного союза решающую роль играли не министры финансов национальных правительств, а представители центральных банков и корпоративных элит.Стратегия кризисов и «глобальное управление»
Главным препятствием для нового мирового порядка оставалось национальное государство. Как отмечал Дэвид Рокфеллер, «наднациональный суверенитет интеллектуальной элиты и банкиров... предпочтительней принципа самоопределения народов». Для продвижения этой цели элиты использовали стратегию управляемых кризисов. Мировой финансовый кризис 2008 года стал таким инструментом, идея которого сводилась к ультиматуму: либо согласие на «глобальное управление», либо хаос.Процесс строительства новой системы идёт двумя путями: усилением наднациональных организаций (как ЕС или «Большая двадцатка») и передачей государственных функций частным корпорациям через аутсорсинг (что особенно заметно в США в военной и тюремной сферах). Таким образом, создаётся глобальная система тотального контроля, опирающаяся на сетевые структуры власти и доктрину верховенства международного права над национальным. Кризисы в этой логике не разрушают наднациональные проекты вроде ЕС, а, наоборот, используются для дальнейшего ослабления национальных правительств и укрепления наднациональных институтов, как это произошло с подписанием Лиссабонского договора в разгар кризиса 2009 года.
Еще по теме здесь: Новости науки и техники.
Источник: Мнк.