События происходили в селе, название которого уже стерлось из памяти — возможно, Васильевка. После войны я начал записывать свои воспоминания, поэтому некоторые детали, вроде точных названий, могли исказиться. Но суть не в этом. В том селе мы с моим другом Петькой, как и десятки других бывших заключенных, работали на местных жителей, чтобы просто выжить. Власти нас особо не трогали: кто-то обжился в семьях, а мы с Петькой перебивались случайными заработками. Его хозяин был милиционером. В одно воскресенье мы отдыхали на берегу реки с двумя знакомыми — Семеном из Тюмени и Жоркой. Внезапно к нам подошли трое пьяных милиционеров, один из которых был тем самым хозяином Петьки. Они стали требовать документы, которых у нас, конечно, не было, и особенно придирались к Семену и Жорке. Один из милиционеров, размахивая пистолетом, повел их двоих в сторону села. Неподалеку раздался выстрел. Когда мы подбежали, на земле лежал убитый милиционер, а Семен и Жорка исчезли. Их искали, но не нашли. Ребята проявили смелость, постояли за себя и завладели оружием. Хозяин Петьки посоветовал нам убираться из села, опасаясь облав.
Плен и побег
Мы с Петькой перебрались на ближайший хутор, но ночью нас, вместе с еще десятком таких же скитальцев, взяли в плен. Под конвоем нас доставили на станцию Гайгур, где уже собралась около сотни человек. Нас заперли в комнате на ночь и весь следующий день, а к вечеру выгнали на перрон для погрузки в поезд. Когда состав стал приближаться, кто-то из заключенных крикнул: «Воздух!» — и это послужило сигналом к массовому побегу. В суматохе, под прикрытием толпы на вокзале, где было много военных, стрелять не решились. Мы с Петькой бросились бежать и не останавливались, пока станция не скрылась из виду.
Потеря друга
Мы шли всю ночь, не имея конкретной цели. Днем отсиживались в посадках — хорошо, что было тепло. С наступлением сумерек вышли к хутору и попросились на ночлег в первый же дом, где жила женщина с тремя дочерьми. Нас накормили и пустили переночевать. Утром Петьке стало плохо, поднялась высокая температура. Хозяйка ухаживала за ним, но на третий день мой друг Петька Логов скончался. Местные жители похоронили его на хуторе. Горько осознавать, что его родные так и не узнают, где его могила. Пробыв там еще пару дней, я отправился дальше в одиночестве.
Одиночные скитания и неожиданные встречи
Первое время я бродил от хутора к хутору один. Как-то у шоссе встретил старика с тачкой, который менялся вещами на еду. Я пошел с ним, но ненадолго. Нас остановил немецкий водитель. Старика он отпустил, а меня заставил подкачать колесо. Я, воспользовавшись моментом, попросил у него сигарет, изобразив, что работа требует оплаты. Немец, кажется, понял и дал мне целую пачку.
Поздно вечером я добрался до большого села Зареченское, но ни в одном доме меня не пустили на ночлег — почти в каждой избе были мужчины. Уже на выезде меня остановила молодая женщина с маленькой дочкой и пригласила к себе. Она рассказала, что многие местные мужчины — дезертиры, бросившие оружие при отступлении Красной Армии, а теперь здесь орудуют кулаки и свои же полицаи. Во время нашего разговора в дом вошли два немца. Они разложили на столе припасы, а хозяйке пришлось сварить им суп. Меня приняли за ее мужа и отправили поить лошадей. Позже немцы, развеселившись, пригласили нас за стол. Я, не ел больше суток, от души закусил. Когда гости заснули, я успел пригубить и их вина. Утром немцы ушли, забыв на столе немного еды, а на окне — две пачки сигарет, которые я прихватил. Эта добрая женщина, Ольга Прокопчук, дала мне приют, постирала одежду и даже подарила старую рубаху и кепку. Я пробыл у нее больше суток.
Воссоединение и новые испытания
В селе Ново-Тарасовка Харьковской области я неожиданно встретил Семена — того самого, что расправился с милиционером на реке. Он сильно изменился: отпустил бороду, был одет как простой крестьянин, с сумкой сапожных инструментов. О Жорке он ничего не знал. Мы решили держаться вместе, выдавая себя за дядю и племянника. Какое-то время нам везло, но однажды на дороге нас остановил грузовик с полицаями. В кузове уже сидели около десяти таких же, как мы. Нас привезли в село, где собирали людей для отправки на работы к Днепру. Охраны было мало, и мы с Семеном, воспользовавшись моментом, сбежали. К нам присоединился еще один парень.
Однако спокойствие было недолгим. Нас догнал вооруженный полицай на велосипеде и потребовал документы. Уводя нас, он не заметил, как мы зашли в лесополосу. Там Семен оглушил его, а затем прикладом его же винтовки нанес смертельный удар. Мы быстро спрятали тело и велосипед в зарослях и поспешили уйти как можно дальше.
Жестокость оккупантов
В одном районном центре Харьковской области (название уже не вспомнить) нас вместе с жителями согнали на площадь. На моих глазах немцы казнили молодую девушку. Видеть это было невыносимо тяжело. Мы не знали, какой подвиг она совершила, но были уверены, что время расставит все по местам и народ ее не забудет.
Постоянная опасность и пьяная ловушка
Через пару дней наш новый спутник остался на хуторе, пристроившись к одной молодой хозяйке, а мы с Семеном двинулись дальше. Однажды вечером, заходя в крайнюю избу деревни в поисках ночлега, мы попали прямиком на пьяную сходку. Нас окружили, начали допрашивать, обзывая шпионами и десантниками. К счастью, обыскивать сумки не стали — а там как раз лежал тот самый пистолет. Чтобы доказать свою «простоту», нас заставили выпить по полной кружке самогона. Мы выпили, не поморщившись. Пьяная компания, посмеявшись, приказала нам убираться и больше не попадаться на глаза. Мы еле ноги унесли.
Нашли приют у одинокой женщины, сын которой был в Красной Армии, а муж погиб. Она и рассказала, что мы чудом выбрались из дома местного старосты, где собрались его друзья-полицаи и немцы.
Безысходность и мысли о будущем
Опасности подстерегали нас на каждом шагу. По дорогам Украины тогда скитались многие такие же, как мы. О партизанах слухов не было, а линию фронта пересечь без опыта и знаний казалось невозможным. Мы понимали, что с приближением холодов станет еще тяжелее. В летних посадках не отсидишься, а значит, придется идти в населенные пункты, где нас ждала смертельная опасность. Мы с Семеном строили планы, но реального, продуманного пути к своим у нас не было.
Обратите внимание: Каким был палеолит на территории Египта?.
Больше интересных статей здесь: История.
Источник статьи: На оккупированной территории (2).