Закрыть ☒

Выходит, я тот самый иномирец, который должен очистить ваш мир от машин? – А Оракул не мог ошибиться?

Выходит, я тот самый иномирец, который должен очистить ваш мир от машин? – А Оракул не мог ошибиться?

– Выходит, я тот самый иномирец, который должен очистить ваш мир от машин?

– Да, так и есть! Ты ведь тоже не из нашего мира?

– Да, это точно. Просто я не Нео.

– Не кто?

– Ой, это персонаж один, известный в моем мире. Он мир от машин избавить должен был. Летать мог и вообще матрицу ломал, как хотел. – По немому вопросу в глазах стариков я понял, что упоминание фильма из Родного было излишним.

– В моем мире это было вымыслом, сказкой. А у вас реальность значит.

«Да какой из меня Нео?! – во мне все протестовало. – Я и не хочу ломать эту систему, она совершенна. Да и понятия не имею, как ее можно сломать». Но вслух сказал совсем другое:

– А Оракул не мог ошибиться?

– Нет, не мог. Он тогда много пророчеств выдал. Большинство уже сбылось. Остался только иномирец. И после этого – новая жизнь человечества. Ты нам расскажи, Алексей, про свой мир. Что за жизнь там?

– Да что вам рассказать? Наш мир груб и варварский, по сравнению с этим. Все время войны, конфликты, убийства. У нас много стран, много народов. Если сравнивать с вашей историей, то мы сейчас где-то в периоде, сравнимом с временем после вашей Второй кровавой. У нас она называлась Великой Отечественной или Второй мировой. Но до Мирового Правительства у нас не дошло. Поэтому, может, и Третья мировая не за горами.

– Но человечество-то живо, много людей?

– Семь миллиардов вроде, может чуть больше…

– Вот! Значит все-таки ваш строй более правильный. Элиза учила, – он быстро взглянул на Клаву, произнося ее имя, – что человек создан для борьбы – со стихией, с миром, друг с другом. Но самое главное – для борьбы с самим собой. Лиши человека борьбы, и он вымирает. И потому самое лучшее, что можно сделать для человека, это поставить его на грань выживания. Тогда в борьбе за жизнь он достигнет высот.

– Может быть… Хотя мне кажется, что у вас тут рай. Может, стоит просто исправить пару ошибок, которые насадили церковники, и все будет иначе?

– Может быть, Алексей! Но для того, чтобы исправить эти ошибки, нужно освободить занятое пространство.

– Так ведь роботы готовы служить человеку, помогать во всем…

– Верно, они и служат, и помогают. Они так сильно помогают, что детям мечтать не о чем! Я родился на острове. До восьми лет у меня не было ни коммуникатора, ни сканера. И я мечтал о деревянной лошадке. Как же я мечтал о ней! Такая была у сына нашей соседки. Он во дворе каждый день качался на ней. И я ходил к нему в гости и мечтал о такой же. С малых лет начал осваивать профессию столяра, чтобы сделать себе такую лошадку. А вот представь себе ребенка, который вырос в окружении роботов, готовых всегда угодить ему. Хочешь лошадку – пожалуйста! Хочешь машинку – пожалуйста! Такие дети вырастают без целей, без желаний. Они неживые, хоть и дышат, и едят. У них нет мотивации жить!

Обратите внимание: Разве человек не самый страшный зверь? Глава 2.

И это еще не все. В юности они получают все также легко. И первый секс от робота, и машинки побольше. У него не остаётся желаний, жизнь становится бесцельной.

– А как сложилось, что церковники полностью запретили искусственное оплодотворение, наложили вето на клонирование, но роботов для секса оставили?

– Алексей, а роботов для секса никто не создавал. Это было изначально табу. Но каждый человек, просто потому что он человек, имеет право вносить изменения в протокол и конструкцию зданий и роботов. Это неотъемлемое право, которое зашито в ядре протокола. Если человек решит снести здание, и его поддержит большинство жителей района, оно будет снесено.

– Ну и причем тут секс-роботы?

– Да при том, что женщины сначала захотели придать роботам-хозяйственникам человеческий вид. Потом им этого показалось мало, они их полностью очеловечили. А потом добавили им кое-каких функций и получили роботов-идеальных любовников. А мужчины не отставали, внося изменения в роботов-секретарей и прочих помощников руководителей. Причем эти функции даже не были централизованно внесены в протокол. Они возникали в локальных точках, но в результате практически повсеместно. Причем, если ты поедешь по континенту, увидишь, как менялись предпочтения мужчин и женщин в разных регионах. Вот в том же Мезру все человекоподобные мужчины – с брюшком, а женщины – практически без груди. В Табуле не встретить женщину, у которой размер груди меньше тройки, за исключением специализированных моделей. А мужики все спортивного телосложения.

– Вот это да! Оказывается есть такие предпочтения!

– В нашем мире да. Хотя не очень понятно, с чем это связано. В энциклопедии много разных мнений на этот счет. Но, самое главное, человек не может сейчас вернуться в цивилизацию, которая находится под властью протокола. Протокол был нашим гениальным творением. Нам казалось, что его способность учитывать все аспекты нашей жизни – это круто. Что у человека появилось огромное количество времени для творчества, и он использует его во благо. Но оказалось, что вместо этого люди перестали его ценить. Перестали ценить собственную жизнь, семью, не захотели рожать детей. Казалось бы – дети перестали быть тягостью, растить их стало легко, как никогда. И вот поди ж ты!

– А что Элиза? Она хочет все разрушить?

– Нет, она по сути не воин. Просто она пришла в наш мир, когда еще можно было спасти человечество. И говорила, и писала много об этом. Но мир воспринимал ее с саркастической улыбкой.

– Да я тоже бы так воспринял, если бы не отсутствие людей. Я вот думаю, что если бы не запретили искусственное оплодотворение, то может быть человечество и не вымерло бы?

– Может. Но тоже особых успехов не добилось бы. Элиза говорит, что наш мир перестал создавать творцов спустя сто лет после окончания Второй кровавой. То есть после того как мы добились того самого Золотого века и установили надежный мир.

– А кто такие творцы? Мне ее отец тоже что-то про это говорил.

– О, это очень сложная тема, я тебе ее так просто не расскажу. А ты знаком с отцом Элизы?

– Да, его зовут Элронд. Он, кстати, в нашем мире легендарная личность. Ему лет столько, что даже он сам не помнит сколько.

– У нас тоже есть легенды про эльфов… Хотел бы я с ним познакомится. Но уже не в этой жизни, видимо. Мне сто тридцать семь лет. Чувствую, что век мой заканчивается. Вот хоть тебя дождались…

Книга "Техно рай"

Продолжение следует.....

Оставляй комментарии, ставь лайк, подписывайся в раздел.

Прочитать все книги здесь

https://www.litres.ru/aleksey-urevich-bulatov/

Больше интересных статей здесь: Космос.

Источник статьи: Выходит, я тот самый иномирец, который должен очистить ваш мир от машин? – А Оракул не мог ошибиться?.