Как жил и развивался Санкт-Петербурга с 1704 года . План расширения границ.
В 1703–1704 годах на Березовском (Городском) острове сформировалась первая городская площадь — Троицкая. Она стала сердцем молодого Петербурга на три десятилетия, выполняя функции административного, торгового и общественного центра. Здесь проводились торжества, народные гулянья и даже казни. От Петропавловской крепости к площади перекинули мост. На площади располагались деревянный Гостиный двор, Оружейный двор, первая городская аптека и рынок «Обжорливый». Доминантой площади была церковь Живоначальной Троицы, долгое время служившая главным собором города. Именно в этом районе появились первые гражданские постройки, включая дома Петра I, Александра Меншикова, Якова Брюса и других приближенных.
Рядом с мостом работала таверна «Аустерия четырех фрегатов» и находилась пристань. Уже в ноябре 1703 года к ней пришвартовался первый иностранный корабль с грузом соли и вина. Царь Петр щедро поощрял иностранных купцов, открывавших морской путь в новый город: шкипер первого судна получил 500 золотых дукатов, второго — 300, третьего — 150. Интересно, что сам Петр I нередко выступал в роли лоцмана, проводя корабли от острова Котлин к городскому причалу.
Город, зародившийся на правом берегу Невы под защитой Петропавловской крепости, вскоре перешагнул через реку и начал осваивать левый берег.
Основание Адмиралтейства
На месте древнего поселения Гавгуево, где почва была более сухой и освоенной, в ноябре 1704 года по проекту самого царя было заложено Адмиралтейство. Этот комплекс выполнял двойную функцию: был и верфью — первым промышленным предприятием города, и крепостью, способной вести огонь по вражеским кораблям. Одноэтажные мазанковые здания, образующие в плане гигантскую букву «П», развернутую к Неве, вмещали мастерские и склады. Во дворе строились первые корабли Балтийского флота — шнявы с гордыми именами «Надежда», «Лизет», «Екатерина», а также галеры.
Фрагменты кормового декора Полтавы в виде зеркально-симметричных конных скульптур Георгия Победоносца
Резчик предположительно Роберт Гейснел
Современная реконструкция подводного судна Ефима Никонова первой четверти XVIII века
Верфь быстро набирала обороты: в 1712 году со стапелей сошел первый линейный корабль «Полтава», а в 1715-м — 64-пушечный «Ингерманланд». Здесь же предпринимались смелые эксперименты, например, попытка построить первую «потаенную» (подводную) лодку Ефима Никонова. Позже судостроение расширилось: галеры закладывали на Неве, а на Фонтанке построили специальную Партикулярную верфь.
Гравюра с изображением Адмиралтейства второй постройки (архитектор Герман ван Болес)
В 1719 году Адмиралтейство перестроили под руководством шпицного и плотничного мастера Германа ван Болеса. Именно тогда здание увенчал высокий шпиц с яблоком и знаменитым корабликом на острие, ставший одним из символов города.
А в 1727–1738 годах архитектор Иван Коробов провел капитальную перестройку Адмиралтейства в камне, придав ему более монументальный и долговечный облик.
Гравюра с изображением центральной башни Адмиралтейства (архитектор Иван Коробов)
План Адмиралтейства
Из собрания стокгольмского Королевского военного архива
Организация строительства и первые храмы
Для централизованного управления строительством в 1706 году была создана Городская контора (с 1723 года — Контора зданий). Это мощное ведомство, которым руководили Ульян Сенявин и князь А. М. Черкасский, обеспечивало все строительные работы в городе — от проектов и смет до материалов и рабочей силы. В его штате были архитекторы, художники и ремесленники всех специальностей: каменщики, плотники, резчики, кузнецы. Интересно, что расходы на строительство Петербурга (в среднем 162 300 рублей в год) были относительно скромными на фоне военных затрат: на флот уходило более миллиона рублей, а на армию — 3–4 миллиона.
Первая Исаакиевская церковь, освященная в честь византийского монаха Исаакия Далматского, была построена в 1710 году. Она располагалась на лугу против ворот Адмиралтейской верфи.
Санкт-Петербург, Первая деревянная Исаакиевская церковь. 1710 год. Литография с рис. О. Монферрана
Санкт-Петербург, Церковь св. Исаака Далматского. Гравюра по рисунку Христофора Марцелиуса
Вид церкви Исаакия Далматского
Неизвестный художник с рисунка Махаева
Вид церкви Исаакия, наплавного моста и здания Двенадцати коллегий с башни Кунсткамеры
НХ
Рост города и первые дворцы
Петропавловская крепость и Адмиралтейство стали двумя полюсами, вокруг которых рос Петербург. Рядом с крупными стройками селились рабочие, ремесленники, солдаты и офицеры. Эти поселения, называемые по русской традиции слободами (Морская, Русская, Немецкая, Татарская), придавали раннему Петербургу вид типичного средневекового посада с кривыми немощеными улицами, деревянными домами, огородами и садами.
Одновременно на берегах Невы уже возводились каменные дома и дворцы сподвижников Петра, построенные в 1710–1713 годах. Эти здания задавали тон будущей архитектурной стилистике столицы.
Изображение Петровской набережной
Из коллекции голштинского дворянина Фридриха Вильгельма фон Берхгольца, находившегося на русской службе
Сам Петр I велел построить для себя небольшой деревянный «дом голландской архитектуры» недалеко от Невы, на месте бывших Преображенских казарм. Поскольку земля в этой части города отводилась только морским чинам, царь формально получил разрешение на строительство от корабельного мастера Петра Алексеева. Первый Зимний дворец представлял собой скромный двухэтажный дом с черепичной крышей, расположенный не на самой набережной Невы, а на берегу Зимней канавки.
В 1711 году, к свадьбе Петра I и Екатерины, архитектор Георг Маттарнови начал перестройку деревянного дворца в каменный.
Изображение набережной Васильевского острова
Из коллекции голштинского дворянина Фридриха Вильгельма фон Берхгольца, находившегося на русской службе.
Таким образом, строящийся город представлял собой весьма разношёрстное зрелище, сочетая хаотичные деревянные слободы и первые образцы регулярной каменной застройки.
Поиск идеального плана: первые проекты
Царя Петра беспокоил хаотичный, стихийный рост города. Его мечтой было создание регулярной, упорядоченной столицы, построенной по единому плану. Разочарование в первоначальной застройке было так велико, что в 1712 году он даже рассматривал радикальный вариант — перенести столицу на остров Котлин и построить там «Новый Амстердам» с сетью каналов.
План предполагал создание на Котлине уютного района с каналами, пересекающими остров, набережными-улицами, церквями и жилыми домами. Однако в условиях продолжающейся Северной войны идея уязвимой островной столицы была признана нецелесообразной, и от нее отказались.
Петр I, будучи не только вдохновителем, но и активным участником строительства, понимал, что городу необходим генеральный план. В конце 1715 года архитектор Доменико Трезини представил проект застройки Васильевского острова как нового центра города. План предусматривал разделение острова сеткой каналов-улиц, создание главной площади, перенос административных и торговых учреждений с Троицкой площади. Трезини также рассматривал весь остров как часть оборонительной системы города. Этот проект получил одобрение царя.
Эпоха Леблона: французский подход
В 1716 году в Россию по приглашению Петра I прибыл знаменитый французский архитектор Жан-Батист Леблон. Он был назначен генерал-архитектором с огромным по тем временам окладом в 5000 рублей в год (Трезини получал в пять раз меньше). Леблон получил широкие полномочия и взял под свой контроль все градостроительные работы. Он активно занимался не только генеральным планом, но и обучением мастеров, проектированием парков, дворцов, а также вопросами благоустройства, освещения и даже пожарной безопасности.
Петр I, посетив Францию, был впечатлен Версалем и Парижем и пригласил многих французских специалистов в Россию. Вернувшись, он рассмотрел проекты двух архитекторов — Трезини и Леблона.
Проект Леблона представлял собой образец «идеального» города в духе европейского классицизма. Архитектор предложил окружить Петербург второй линией крепостных валов, создать радиально-лучевую систему улиц, расходящихся от королевского дворца, и четкое функциональное зонирование. Однако эта геометрически безупречная схема плохо соотносилась с уже сложившейся застройкой и природным ландшафтом.
Фрагмент описания плана Леблона
Петру I план Леблона не понравился, царь счел его «противным естеству». Одобрение получила лишь идея развития центра на Васильевском острове, которая совпадала с его собственными замыслами и проектом Трезини.
Типовая застройка и наследие Леблона
Петр I стремился упорядочить не только план города, но и облик зданий. Он поручил Трезини и Леблону разработать образцовые (типовые) проекты домов для разных слоев населения: для «именитых», «зажиточных» и «подлых» (простолюдинов). Также в городе экспериментировали с фахверковой (мазанковой) технологией строительства, которая считалась более прогрессивной, чем деревянная, но в суровом петербургском климате не прижилась из-за низкой теплоизоляции.
Несмотря на неудачу с генеральным планом, Леблон оставил значительный след. Он активно участвовал в создании Петергофа (достройка Большого дворца, планировка парка), проектировании Стрельны, Летнего и Екатерингофского садов. В 1718 году он создал проект первых масляных уличных фонарей для Санкт-Петербурга, четыре из которых были установлены у Зимнего дворца Петра I.
Деятельность Леблона часто вступала в конфликт с интересами всесильного генерал-губернатора Александра Меншикова, который саботировал планы по застройке Васильевского острова. В частности, тайная продажа земли под частную застройку привела к тому, что запланированные каналы оказались слишком узкими для судоходства, и от идеи «Северной Венеции» пришлось отказаться. Карьера талантливого француза в России была недолгой — в 1719 году Жан-Батист Леблон скоропостижно скончался.
Больше интересных статей здесь: Новости науки и техники.
Источник статьи: Как жил и развивался город с 1704 г. Новые планы застройки . План города..